Народ боевой, задиристый. Сказано — сделано. Где-то достали плуг, прикрепили к танку. Вот и в упряжке «Витязь».
— Всё!
— Погоняй!
— Начинай, махина!
Тронулся танк.
Добрым знаком легла борозда по земле. — Вот оно, наше дело!
Подпоручик граф Шишинецкий получил неожиданное назначение в полк, который стоял в глубоком тылу у Врангеля, в крымском городе Феодосия.
— Подпоручик граф Шишинецкий, вам новое назначение, — сказал командир полка.
— Слушаюсь! — вытянулся подпоручик граф Шишинецкий.
Рад назначению Шишинецкий.
Шёпот ползёт по полку:
— Почему Шишинецкий?
Видно, кто-то из высших начальников то ли в родстве состоит с Шишинецким, то ли просил за подпоручика Шишинецкого.
Сел в поезд подпоручик граф Шишинецкий. Кто-то сказал:
— Отмучился.
И верно. Плохи дела у Врангеля.
Били его у Каховки. Били его у границ Донбасса. Бока у Днепра намяли. Несладко белым.
Едет Шишинецкий в вагоне:
— Отмучился!
Первая крупная станция на пути у Шишинецкого — Джанкой. Высунул голову в окно Шишинецкий, глянул на синее небо:
— Отмучился!
Всё дальше, дальше бегут вагоны. Меняли где-то в пути паровоз. Гулял по платформе подпоручик граф Шишинецкий. Покой. Тишина. Поёт душа у подпоручика Шишинецкого.
Прибыл он в Феодосию. Море волной играет. Солнце людей ласкает. Нарядная публика в Феодосии. Далеко отсюда идёт война.
— Благодать! — произнёс Шишинецкий.
Прибыл подпоручик граф Шишинецкий в указанный полк. Командиру полка представился. С офицерами перезнакомился. Про страсти и страхи каховские и днепровские рассказал. Даже про страшную смерть генерала Бабиева.
— Ох, ох! — вздыхают кругом офицеры. — Ну, счастье твоё, подпоручик.
Согласен подпоручик граф Шишинецкий:
— Есть бог на земле. Отмучился.
Началась у подпоручика жизнь спокойная. Командует взводом. Строевые ведёт занятия.
Как-то совершали они учебный переход. Шли по шоссе недалеко от города Судака.
Идут. Благодать. Тишина. Покой.
И вдруг… Что такое?
— Партизаны! — кричат солдаты. — Партизаны!
Налетели, как вихрь, крымские партизаны. За выстрелом выстрел. Минута… Вторая… Исчез, как мираж, партизанский отряд.
Лежит у края шоссе подпоручик граф Шишинецкий.
Кто-то спросил:
— Живой?
Кто-то глянул, сказал:
— Отмучился.
В сентябре 1920 года командующим Южным фронтом был назначен Михаил Васильевич Фрунзе.
Ждут его бойцы, дожидаются.
— Фрунзе приехал!
— Быть наступлению!
Да, Фрунзе приехал на Южный фронт с задачей окончательно разбить Врангеля. Отправляясь на фронт, Фрунзе виделся с Владимиром Ильичём Лениным.
Владимир Ильич спросил:
— Михаил Васильевич, скажите, когда вы собираетесь приступить к операции по разгрому Врангеля? Хотя нет, это не главное, когда вы смогли бы её завершить?
Фрунзе знал, что беспокоит Ленина. Приближалась зима — неужели ещё одна военная зима, тяжёлая военная зима?
Ленин стоял и терпеливо дожидался ответа.
— К декабрю, Владимир Ильич, — наконец произнёс Фрунзе.
— К декабрю? А успеете?
— Успеем, Владимир Ильич. Нужно успеть, — тихо проговорил Фрунзе.
— Нужно. Очень нужно, — так же тихо ответил Ленин.
И вот Южный фронт.
Нелёгкая жизнь началась у командующего. Встречи с командирами, заботы о пополнениях, об оружии, о боеприпасах. Думы: как лучше одеть, обуть бойцов. И планы, планы. Откуда ударить? Как ударить? Какие силы куда послать?
Направлялся Фрунзе однажды в штаб. Сопровождал его кто-то из красноармейцев.
О предстоящих боях думал Фрунзе. И шедший рядом с ним красноармеец, видимо, тоже о том же думал.
— Вот ведь заноза крымская, — вдруг вслух произнёс боец.
— Что-что? — спросил Фрунзе.
— Заноза, — повторяет боец, — крымская — Врангель.
— Ах, Врангель, — рассмеялся Фрунзе. Подумал: верно сказал боец, сидит Врангель в Крыму занозой.
Понравилось командующему меткое солдатское выражение.
Как-то, докладывая Владимиру Ильичу Ленину о делах Южного фронта, Фрунзе тоже сказал «заноза».
— Заноза? — переспросил Владимир Ильич.
— Так точно, Владимир Ильич. Крымская заноза — Врангель.
— Крымская заноза, — повторил Владимир Ильич. — Так что вы собираетесь делать с занозой?
— Вырвем занозу, Владимир Ильич! — ответил Фрунзе.
— Что же, желаю успеха, — сказал Ленин.
Лётчик Иван Павлов в царской армии был рядовым солдатом. Так сложилось. Иван Павлов очень хотел летать. Но он из крестьян, из нищих. Не направили его в офицерскую лётную школу.
Единственное, в чём повезло Павлову, — определили его в лётный отряд, в аэродромную команду. Чистил Павлов моторы, следил за самолётами.
В 1915 году в разгар первой мировой войны отряд, в котором служил Иван Павлов, был направлен для закупки и изучения иностранных самолётов во Францию. Тут во Франции и улыбнулась ему судьба. Обратили французы внимание на пытливого русского солдата, узнали о его мечте. По их настоянию и направило русское командование Ивана Павлова во французскую лётную школу.
Вернулся Павлов в Россию заправским лётчиком. Шлем французский, комбинезон французский. Говорит по-французски. Однако звание прежнее — рядовой солдат.
