Хоть и разбили наши тогда в Николаевске японских захватчиков, хоть и в других местах наносили удары сильные, однако присылали японские капиталисты новых солдат. Продолжали грабить Дальний Восток японские интервенты. Лишь в конце 1922 года были окончательно изгнаны японские захватчики с советских земель. Садились японские солдаты на корабли. Покидали советские берега.
Случилось так, что боец Перекладин оказался в этот момент у моря. Видел он, как бежали с наших земель захватчики. Смотрел, смотрел Перекладин и вдруг сказал:
— Харакири!
Рядом другие бойцы стояли. Повернулись они к Перекладину. С удивлением на Перекладина смотрят.
— Харакири, — повторил Перекладин. И тут же к бойцам с вопросом: — Уходят (показал на уходящие японские корабли)?
— Уходят.
— Признали своё поражение?
— Признали.
— Значит, крышка им?
— Крышка.
— Погибли мечты и планы?
— Погибли.
— Вот и получается — харакири.
Рассмеялись бойцы:
— Погибли мечты и планы. Действительно — харакири!
Поразительно сложилась судьба у красноармейца Петра Петрова. Начинают бойцы:
— С немецкими оккупантами бился?
— Бился, — отвечает Петров.
Действительно сражался Петров с немецкими оккупантами. Случилось так, что как раз под Псковом. В 1918 году. В феврале. 23 февраля. Именно в тот день, который был признан днём рождения Красной Армии.
Продолжают бойцы:
— С английскими интервентами бился?
— Бился, — отвечает Петров.
Действительно бился Петров с английскими интервентами. Забросила на север его судьба. Сдерживал тут он войска англичан. Заставил бежать к Архангельску.
— С французскими пришельцами бился?
— Бился, — отвечает Петров.
Действительно бился Петров и с французскими захватчиками. Было это на юге. Шёл на Одессу тогда Петров. Заставил уйти из Одессы гостей непрошеных.
С белочехами бился затем Петров, с белословаками.
— Полиглот, — кто-то сказал о Петрове.
Впервые Петров услышал такое слово — «полиглот». Полиглот?
Спросил у Смирнова. Спросил у Сизова. Мудрёное слово. Книжное! Что за слово, никто не знает.
Комиссар объяснил. Даже книгу-словарь открыл. Прочитал Петров: полиглот — это тот, кто знает множество иностранных языков.
— Так я ж языков не знаю, — стал объяснять Петров.
Рассмеялся в ответ комиссар:
— Всё равно полиглот. Полиглот, — проговорил серьёзно.
Пристало к Петрову книжное слово.
— Полиглот, — величают его в полку.
Попал Петров к концу гражданской войны на Дальний Восток. Новые встречи с врагами прибавились. С американскими интервентами в бой вступал. Итальянскую речь слыхал. С канадскими мундирами в стычках встретился. Ну и, конечно, в боях побывал с японцами.
И тут про Петрова:
— Полиглот!
— Полиглот!
Не забылось на Дальнем Востоке слово. Даже больше ещё пристало. Обороняет Петров родную советскую землю. Бьёт иностранных захватчиков: японских, английских, французских, других кровей и других речей.
Полиглот, полиглот — ничего не скажешь.
Неприятная история с белогвардейским генералом Волковым приключилась. Превратился из Волкова в Зайцева генерал.
Приморские партизаны перед генералом за всё в ответе.
Километрах в пятидесяти от Владивостока стояло село Шкотово. Находился в селе большой гарнизон белых. Начальником гарнизона и был генерал Волков.
Тревожными, беспокойными для белых были эти места. Не один партизанский отряд в округе.
Совершили как-то партизаны смелый налёт на Шкотово. Выбрали тёмную ночь. Подошли к селу. Сняли белогвардейские караулы. Ворвались в Шкотово.
— Партизаны! Партизаны! Ваше превосходительство, партизаны! — закричал генеральский денщик Трошка.
Вскочил генерал с постели:
— Где партизаны?
— Здесь! Рядом! — кричит Трошка.
Не пришёл ото сна сразу в себя генерал. Растерялся от неожиданности. Бросился к двери, к окну, снова метнулся к двери. Остановился, глянул на Трошку.
— Партизаны! Партизаны! — вопит ещё громче Трошка.
Сорвал с себя генерал погоны. Вместе с Трошкой укрылся в погребе.
Между тем отбили белогвардейцы партизанский налёт на Шкотово. Схватились солдаты: а где же Волков? Нет генерала. Нигде не видно. Может, убит, подумали.
— Трошка! — кричат. — Трошка!
У Трошки о генерале хотели узнать. Не отзывается Трошка.
Знают солдаты «геройство» Трошки.
— Может, забился в подпол?
— Может, забился в погреб?
Сунулись в подпол. Сунулись в погреб. Тут он, конечно, Трошка. Видят: Трошка, а рядом Волков.
Разнеслось среди белых о том, как испугался партизанского рейда Волков, как сорвал с себя генерал погоны, как забился в крестьянский погреб.
— Не Волков он — Зайцев, — сказали о Волкове.
Подложили свинью партизаны Волкову. Стал из Волкова Зайцевым генерал.
Случай встревожил всех. У белых в Хабаровском военном госпитале был похищен ведущий хирург.
Нет хирурга. Не прибыл в госпиталь.
— Похищен!
— Похищен!
Даже нашлись свидетели.
Один говорил, что видел, как двое неизвестных схватили хирурга рядом с его же домом. Руки скрутили. Револьвер прямо к виску приставили.
Другой говорил, что видел, как двое конных вывозили хирурга из города по Муравьёво-Амурской улице.
Ясно белым, похитил кто. Похитили партизаны.
