Они в комнате… Нет, они в каюте – кто будет делать в комнате круглые иллюминаторы? Они в каюте цеппеля. Прямо перед глазами – придвинутый к стене стол, слева виден кусок шкафа, а справа – довольно широкая койка, на которой лежит человек со сломанной шеей. Стюард. Не вовремя зашел проведать богатого пассажира и получил перелом шеи. Тихая, почти бесшумная, а главное – совсем не грязная смерть. Нет крови, нет выделений, ничего нет. Хрустнуло что-то, и человека нет. Лежит теперь на койке богатого пассажира, вывернув голову под неестественным углом. А богатый пассажир веселится в кресле. Руки скованы наручниками, лицо разбито…
– Дай ему еще! – распорядился главный.
– Охотно.
Удар. Тихий смешок.
– Ты нам все испортил, сволочь!
– Переживете.
«Это сказал я?»
Голос какой-то странный: хриплый, срывающийся, такое ощущение, что чужой голос… Но палачи разъярились.
«Значит, это сказал я. Молодец».
– Он еще огрызается!
Удар.
Кровь.
И гудение.
«Гудение… гудение… – Голова тяжелая, соображает медленно, нехотя. – Гудение… Это, наверное, сирена. Просто слышно ее плохо. Меня крепко избили, и завывание сирены кажется мне гудением… А сирена… Сирена – это Пустота».
Пустота.
Цеппель едва заметно дрожит, реагируя на включение первого контура астринга. Скоро астролог наведет машину на Сферу Шкуровича, запустит второй контур, и цеппель втянет в переход. В стремящееся Ничто, наполненное Пустотой и Знаками. Будет передышка…
Нет.
Палачи, как оказалось, ждали перехода.
– Отличная новость, ребята: мы в Пустоте!
– Мало повеселились!
– Тебе бы все убивать.
– Как раз наоборот: я жалею, что придется его убить.
– Пусти слезу на прощание, Том.
– Лучше я ему врежу.
Удар.
– Кулаки не испортил?
Голоса палачей становятся невнятными. Все правильно – Пустота. Даже без Знаков она давит на людей.
– Шевелитесь, болтуны! Переход не вечный.
– Типун тебе на язык!
– Сглазишь ведь!
– Какие вы, оказывается, нервные.
И вновь – подлый смешок.
Палачи мнутся, им стыдно, что главный уличил их в трусости.
– Шевелитесь!
Тот громила, что стоял слева, лезет на стол и начинает возиться с иллюминатором. Второй стаскивает с кровати труп стюарда, но останавливается, с сомнением смотрит на иллюминатор, после чего уточняет:
– Нас в него не вытянет?
– Не будь кретином.
– Я просто так спросил.
– Шевелитесь! – в третий раз приказывает главный. – Нужно успеть до прихода Знаков.
Сидящий на столе громила наконец-то распахивает иллюминатор, соединяя каюту с Пустотой, и главный тут же открывает баллон с кислородом, пытаясь хоть как-то компенсировать уходящий воздух.
