— Санитары, в коридоре, хотели взять его под руки. «Не трогайте меня. Сам пойду» — он им вежливо так сказал, а они заржали и закрутили ему руки за спину. Мы всё видели, но не поняли, как Юра вывернулся, и здоровые мужики оказались на полу. Он подождал, пока они встанут. «Не трогайте меня», — повторил Юра и пошёл первым. Лысый санитар шприц достал и воткнул ему в спину. Юра даже повернуться не успел, весь обмяк и дальше его просто поволокли.
— Да, проблема, теперь его в буйные запишут, — сказала Лена. — Спасибо, тебе Серёжа! Желаю тебе выздоровления. Ты — хороший человек и должен жить долго.
— Мне завтра ПЭТ КТ делают, — Сергей улыбнулся, и уже в спину уходящей Лене крикнул — Юра сказал, что его на самом деле, Юстием зовут.
— Меня зовут Ю… — девушка вспомнила недоговорённую фразу.
Время слилось в сплошной поток одинаковых мгновений:
— Кто ты? — спрашивает лысый санитар.
— Я дракон, — отвечает Юстий, пытается встать с ненавистной кровати и получает укол.
Забытьё. Без спирали, без боли, без движения. Его сущность зависла в вязком тягучем тумане.
Очнулся.
— Кто ты?
— Я дракон.
Опять укол. Опять туман. Ещё чуть — чуть, и он сам станет туманом.
Очнулся. Лысого рядом нет. Санитарка — женщина почтенного возраста, моет пол. Увидела, что очнулся, но вопреки инструкции, звать никого не стала. Приблизилась и, не прекращая движение шваброй, прошептала:
— Сынок, не говори Генке, что ты дракон. Говори, что мужик, зовут Юркой. Генка этот — злобный, мучить будет, пока на самом деле с ума не сойдёшь.
— Но, то моя жизнь, моя судьба. Я не могу от неё отречься.
— Твоя судьба, каждый день, под дверь отделения ходит. Плачет. Но не пускают её. Говорят, что она тебе никто.
— Лена. Зачем она ходит? Я теперь недочеловек.
— Нужен ты ей, вот и ходит. Ты, давай, отвечай на вопросы правильно. Глядишь, и отпустят. Лену-то, пожалей.
И уже, увозя свою тряпку, за порогом палаты, сказала громко:
— Тётя Лида я. Понадоблюсь, зови не стесняйся, Юра! — затем повернулась в коридор и менторским тоном доложила — Геннадий Петрович, больной очнулся, говорит, что мужик он и Юркой его кличут.
Санитар злобно, сверкнув на неё глазами, не твоё, мол, дело, положив в карман заправленный шприц, направился в палату Юры — Юстия.
— Кто ты? — спросил санитар. По его лицу, мерзкой тонкогубой улыбкой, расползается удовольствие.
— Да, мужик, я, мужик! — Юстий перешагивает через гордость.
— И, что ты ещё помнишь?
— Юрой меня зовут. У меня девушка есть. Лена. Учительницей работает. Тебе как рассказывать в подробностях или, в общем: про Сан Саныча, про Серёжку?
Улыбка санитара сменилась брезгливо поджатым ртом. Юра почувствовал, как этот человек его ненавидит.
— Очень мне нужны твои подробности. Врач придёт, ему и расскажешь.
После беседы с врачом, уколы отменили, а через неделю разрешили выходить из палаты.
К нему не пускают. Она и плакала, и скандалила, и пыталась договориться.
— Буйный, — говорят, — не положено.
Связующим звеном стала санитарочка — тётя Лида. Она передавала приветы от Юры, а ему пересказывала новости Лены.
— Юра говорит, что у него есть знакомый нотариус. Где-то в вещах должна быть его визитка. Ты поищи и позвони ему. Если мужчина серьёзный, то поможет.
Лена уже давно нашла визитку Ивана Игоревича, но отложила её в сторону, решив, что это был просто жест вежливости. Но в борьбе нужно использовать все доступные средства, и она позвонила.
Нотариус узнал её сразу.
— Раз вы звоните, значит, с Юрой что-то происходит, — Иван Игоревич сразу взял инициативу в свои руки и предложил встретиться в кафе.
Лена рассказывала о странных происшествиях в больнице. О сеансе целительства, о свечении Юриных рук, о том, что он стал считать себя драконом. И, что он теперь и не Юра, а Юстий.
Иван Игоревич заказал Лене тирамису и позвонил матери Сергея. Смартфон нотариуса выдавал в пространство кафе бурю эмоций, но Иван, нахмурив брови, серьёзным тоном поддакивал женщине, не задавая лишних вопросов.
— Я очень рад за Сергея! Желаю ему окончательного выздоровления! — сказал, он, когда фонтан новостей с той стороны поутих, предложил свою помощь, попрощался и положил трубку.
— Конечно, версия с драконом сомнительна. Это прямо, уж, совсем из сказки, но, то, что Юра необычный человек — это, несомненно. Сергей-то и, правда, излечился. ПЭТ КТ показало полное отсутствие опухоли и метастаз. Человек абсолютно здоровый! Можно, конечно, предположить, что эти события, просто совпадения, но в больнице скандал — выясняют, когда ошиблись тогда или сейчас.
Иван Игоревич помолчал, отхлебнул остывший кофе, поморщился.
— Для начала надо добиться, чтобы Вас к нему пускали. Думаю, что можно зацепиться за нарушение прав со стороны медперсонала. Я свяжусь со своим другом адвокатом. Он вам перезвонит.
— Юра, пойдём, к тебе адвокат, — среда началась необычно.