Что, если бы Солнце приказало Гелису нечто иное, чем просто захватить Элой и бросить в Кольцо Солнца?
========== Глава 1. Жажда ==========
— Всё ещё жива… хорошо.
Слова эхом доносились до неё, как и жар от взорвавшейся бомбы, которую Гелис бросил в её сторону, после чего мир резко погрузился во тьму. Она даже почувствовала запах собственной обгоревшей плоти, опалённых волос и ожерелья, расплавившегося на её шее.
Элой начала сомневаться, не были ли эти видения и ощущения галлюцинациями, но на самом деле они были вспышками сознания в те моменты, когда она приходила в себя. Они появлялись и исчезали, но каждый раз длились немного дольше. Она вспомнила блеск красного камня, запах лекарственных трав, ощущение воды на губах. Ей было больно, её суставы кричали, она лежала на каменном полу, её окружали голые стены. Единственный свет исходил из дыры, вырезанной в скале.
После нескольких безуспешных попыток, ей удалось открыть глаза. С непривычки она ощутила жжение, и по её щекам потекли слёзы. Где-то сбоку виднелся дверной проём, ведущий во тьму, а во всей комнате из мебели была только простая скамейка. Элой поняла, что находилась в темнице.
Она застонала, с трудом пошевелившись. Тяжело, даже дышать тяжело. Она дотянулась рукой до своей шеи и нащупала металлический ошейник, который сдавливал горло. Дальше её пальцы проследовали по цепи, соединявшейся со стеной. Странно, но её руки были свободны, и Элой подняла их.
Медленно встав, она прикрыла глаза, боясь потерять равновесие. Её волосы были распущены и запутаны, полны пыли и всякого мусора. Её одежда местами порвана и прожжена, а доспехи исчезли. Оружия также нигде не было видно.
Здесь было очень жарко. Элой отошла в тень. Жара, красный камень… всё это указывало на Закатную крепость. Значит, она до сих пор находилась здесь… но почему была жива?
Элой подёргала цепь, больше из любопытства, нежели из намерения сбежать. Её взгляд устремился на окно в верхней части стены. Окно можно было разбить, если бы у неё получилось добраться. Элой попыталась вспомнить, где в Закатной крепости располагались темницы, и её голова разболелась от перенапряжения.
Она опёрлась о стену и скользнула вниз по ней, чтобы отдышаться. Элой всхлипнула, но тут же вытерла лицо тыльной стороной ладони.
— У тебя будет много времени, чтобы поплакать, — раздался голос со стороны тёмного дверного проёма. Интересно, как долго Гелис был там, вне её поля зрения? Элой могла узнать этот спокойный монотонный голос где угодно. Наконец он вышел вперёд, едва поместившись в дверном проёме, и хмуро взглянул на Элой.
Она открыла рот, чтобы ответить ему, но её горло болело настолько, что пока она могла только шептать.
Гелис опустился рядом с ней на корточки — казалось, ему было интересно услышать, что она скажет.
— Не дождёшься, — прохрипела она.
Он не был удивлён. Поднявшись на ноги, он подошёл к скамье и, брезгливо стерев пыль, сел. Элой его действия показались абсурдом — чтобы огромного, закалённого в боях гладиатора-убийцу волновало наличие пыли на скамье?
— Солнце вернуло тебя ко мне, — объяснил он, прислонившись спиной к каменной стене и скрестив ноги. На нём не было головного убора, который Элой отчётливо запомнила с тех пор, когда Гелис нанёс Расту ранение в живот. Элой скривила губы, подавляя рычание. — Оно спасло тебя в тот день на горе. Предвидело, что ты выживешь, что заставишь меня начать на тебя охоту. Но я был ослеплён Его светом. Я не сразу понял, какое предназначение Оно приготовило для тебя.
Его голос усыплял. Элой сосредоточилась на ощущениях в своём затылке, который упирался в горячий камень. По её лицу струился пот.
Она не слышала, когда Гелис ушёл. Она могла сконцентрироваться только на своём дыхании — в душном помещении ей приходилось хватать ртом воздух. Только когда чьи-то руки схватили её за плечи, она снова открыла глаза. Двое из Затмения рывком поставили её на ноги. Элой несколько раз моргнула. Ни у кого из них не было ключей. Она мысленно выругалась, увидев ведро.
Они стирали её, как бельё. Быстро стянули одежду, один придерживал её, пока другой работал. Никто из них не разговаривал, хотя она пыталась выяснить, почему всё ещё была жива. Они тёрли её кожу жёсткими мочалками, болезненно задевая раны и ожоги. Взяв ножницы, они просто срезали весь мусор с её волос, даже не удосужившись распутать их. Когда она высохла, на её тело натянули тонкую чёрную рубашку, обвязали пояс вокруг талии и наконец оставили в покое.
— Дайте воды! — наконец ей удалось прокричать им вслед, но они исчезли в коридоре, даже не оглянувшись. Силы окончательно покинули Элой, и она рухнула на мокрый пол. Прижав губы к луже, она попыталась высосать хоть немного воды, понимая, что этого будет недостаточно.
***
Темнота окутала камеру Элой, когда внезапное движение заставило её проснуться. Голова пульсировала от боли, подавая первые признаки обезвоживания. Элой застонала, прижимая ладонь к глазам и пытаясь уменьшить давление. Она с трудом смогла разглядеть ноги в сандалиях перед своим лицом.
— Ты никогда не была создана для наших земель, — заметил Гелис, — свет обжигает твою кожу, песок режет горло. Даже сейчас ты умираешь.
