— Пора старому плуту привести своих лошадок. Мы устроим славные скачки, — добавил Архий.
— Я немедленно займусь делом. Веселитесь беззаботно и пусть те, кого вы ждёте, явятся поскорее, — произнёс Харон вслед удаляющейся паре, надевая свой мокрый плащ.
Вскоре он опять снимал его у себя дома, окружённый готовыми к схватке заговорщиками. Недолгое отсутствие хозяина показалось им вечностью, и уже не на победу рассчитывали они, а на славную смерть с оружием в руках.
— Ничего особенного, — успокоил товарищей Харон, — Архий захмелел и решил вдруг заняться городскими делами.
— Я успокоил людей, — продолжал хозяин, оставшись наедине с Пелопидом, — успокоил, как мог. Но ты должен знать правду: Архию известно, что изгнанники проникли в город. Он не знает лишь, кто именно и где они скрываются. Учти: ищейки олигархов не спят, и скоро наши враги узнают всё.
— Тогда поспешим! — Пелопид положил руку на эфес меча. — Я иду к Архию!
— Пожалуй, тебе лучше двинуться к Леонтиду и Гипату. Они трезвы и будут отчаянно сопротивляться. Я же вполне управлюсь с пьяными Архием и Филиппом с помощью молотого Мелона и нескольких его товарищей...
— Филлид, я... Я уже объелся эт-тим в-в-всем, — Архий указал на заставленный яствами столик; язык олигарха заплетался, взгляд блуждал. — Пора бы сменить б-блюдо!
— Понимаю, хочешь полакомиться молоденькой проказницей; а вот и они, — писец направился к двери, услышав шум приближающихся шагов. — Нет, не они. Опять к тебе, Архий, но каким-то делам.
Вошедший, похоже, проделал немалый путь верхом в непогоду и при этом спешил.
— От верховного жреца Архия Афинского его тёзке и другу Архию Беотийскому, — протянул гонец письмо развалившемуся на ложе олигарху. — Тот, кто это послал, очень просил тебя прочесть немедленно. Здесь написано о делах чрезвычайной важности.
— Важные дела отложим на завтра, — с пьяной улыбкой Архий сунул письмо под подушку. — Так что ты говорил, Филлид, о новых лошадках Архиппа?
— Самая прекрасная из них, золотом волос напоминающая Елену Троянскую, обучена особым образом и в искусстве любви превосходит жриц богини Лстартьг[10]. Архипп очень дорожит ею, и только ради тебя согласился отпустить в чужой дом под приличный залог. С ней придут ещё десять красавиц — для остальных гостей.
— Нас здесь больше — обвёл Архий мутнеющим взором пирующих. — На всех не хватит.
— Ничего, скоро многие уснут, опьянённые вином; ну а тем, кто покрепче, достанется награда. Потому я прошу тебя поднять чашу и всем предложить выпить: пусть избранные Дионисом[11] быстрее смежат очи. Те, кого мы ждём, вот-вот должны прийти.
— Ты хитрец, Филлид! — погрозил ему пальцем олигарх. — Но эта хитрость мне нравится.
Вскоре добрая половина пирующих едва ворочались на своих ложах, издавая нечленораздельные звуки, а кое-кто уже храпел.
— Слышу шум во дворе; должно быть, пришли девушки. Пойду встречать, — Филлид направился к дверям, но те распахнулись ему навстречу.
Припорошённые снегом плащи вошедших ниспадали до самого пола, головы были покрыты капюшонами и убраны пышными венками из еловых ветвей.
— Долго же вы заставили себя ждать, девушки, теперь сразу за дело! — Архий, покачиваясь, поднялся с ложа. — Хочу самую красивую!
Но его обогнал Филипп, проявив неожиданное проворство. Сухой и желчный олигарх, обычно равнодушный к женским прелестям, под влиянием винных паров преображался. Вот и сейчас Филипп резко рванул за плащ рослую девушку, намереваясь увлечь её на ложе. И застыл в изумлении: вместо женщины он увидел облачённого в панцирь Харона с мечом и руке! Мгновением позже короткий острый клинок по самую рукоятку вошёл в грудь олигарха.
Меч другой «гостьи» не достиг цели: длинная одежда помешала сделать достаточно глубокий выпад.
Архий, протрезвев, стремительно бежал в противоположный конец зала. Его сотрапезники — те, что сохранили способность оценивать происходящее, — с криком вскакивали с лож, опрокидывали столики, готовясь к схватке.
— Нам нужны только Архий и Филипп! — пытался остановить попавших в ловушку гостей хозяин.
Кулаки и домашняя утварь не могли долго противостоять мечам и панцирям. Участники недавнего пира падали, заливая мол кровью. Вскоре на груду тел рухнул и сам Архий, череп его был раскроен.
— Вставай, Калий, — Филлид тронул щёголя остриём короткого копья, но тот дрожал на своём ложе, так же как и не принимавший участия в схватке философ Андроник. — Или ты ещё ждёшь обещанных красоток?
— Т-ты сам сказал, — зубы Калия выбивали дробь, — что нам нужны только жизни олигархов!
— Иди с миром: нам ты не противник, олигархам не союзник...
Вторая группа во главе с Пелопидом быстро шла по узким улочкам в напряжённом молчании — предстояла схватка с Леонтидом, расчётливым и грозным рукопашным бойцом.
Молодой заговорщик бегом догнал предводителя.
— Я знаю дом олигарха и укажу путь в его спальню!
— Хорошо, будь рядом, но не пытайся вырваться вперёд, — отвечал Пелопид, начиная колотить в дверь эфесом меча.
