Красный чемодан полностью

Расскажу ка я вам ещё одну байку про Матюшевского, точнее про нас с Матюшевским, потому что я принимал непосредственное участие в этих поистине невероятных событиях.

Итак, начинаю, как всегда, издалека: был у меня старый, потрёпанный красный чемодан – от родителей достался, практически, в наследство.

И это был не просто чемодан, а совершенно незаменимый предмет моего скромного домашнего интерьера. Он стоял у изголовья, вроде высокой тумбочки и на него можно было положить книжку, блюдце с ягодами и, вообще, все что угодно.

Этот чемодан побывал на псковщине, на тамбовщине, в Горной Шории и даже за границей – в Австрии и Италии. В зарубежных поездках красный чемодан был просто незаменим – сами знаете, что творится в наших аэропортах, а этот чемодан точно никто не украдет (это я про аэропорты, разумеется).

Ну, я думаю – вы тоже полюбили мой красный чемодан и понимаете, как он был мне дорог.

И вот однажды Матюшевский пригласил меня на рыбалку на Псковское озеро.

Прощание с чемоданом

Я долго и любовно укладывал свой любимый красный чемодан под неодобрительные взгляды  старого ротвейлера (он очень не любит, когда я уезжаю, потому что жена держит эту добропорядочную и заслуженную собаку в черном теле).

Если бы я знал…

Итак,  я взял такси и приехал к Матюшевскому в Тосно, где он строит коммерческий дом престарелых. Вообще то, я давно объяснил Матюшевскому, что этот дом престарелых окупится только в том случае, если  эти самые престарелые будут спать на голых досках и питаться  одной манной кашей.

Но он все равно строит – надо же ему чем – то заняться на старости лет.

Надо сказать, что Матюшевский собирался за два дня объехать чуть ли не все Псковское озеро, поэтому он взял прицеп со своей огромной надувной лодкой.

На дне лодки лежал могучий японский мотор типа «Хонда» (забегая вперед, я должен сказать, что этот мотор так и не завелся по причине тяжкого алкогольного опьянения Матюшевского, который просто забыл – как он заводится).

Впоследствии ему все объяснили  в городской службе сервиса. Но плавали мы по славному и не очень спокойному Псковскому озеру на веслах (греб, разумеется, я – Матюшевский спал сном праведника или, если хотите, младенца).

Впрочем, и то и другое равно не подходит для описания его совершенно безответственного и аморального поведения. Однако главное не это – главное, что по причине перегруженности автомобиля Матюшевский, положил мой любимый красный чемодан  в прицеп, рядом с мотором

Начиналось все очень хорошо: ярко светило солнце, трасса была почти пустая и Матюшевский, которому, наконец – то, починили оба глаза, уверенно, я бы даже сказал брутально, гнал машину навстречу синим просторам заветного Псковского озера.

Я уже начал благодушно дремать, как вдруг нас с истошным воем обогнал какой – то пикап. Матюшевский побледнел и произнес эти роковые слова: «твой чемодан!».

Я выскочил из машины и не поверил своим глазам – чемодана не было! Как такое могло случиться – ведь чемодан лежал в надутой лодке и весил не меньше пуда!

Тем не менее, его не было – в это трудно поверить, но его не было. Мы быстро развернулись и еще с полчаса катались взад – вперед по трассе. Мы заглядывали в придорожную канаву, и даже под ближние елки – чемодана не было.

По – видимому, его забрали инопланетяне, решив, что это какое – то новое и уникальное изобретение земной цивилизации. Может те инопланетяне были из Пскова, но это уже значения не имеет.

Горю моему не было предела – шутка ли, остаться без всего в парусиновых штанах и футболке, и главное –  без рыболовных снастей, не говоря уже о червях и опарышах!

Единственным утешением было то, что среди прочего в чемодане лежали «командирские» часы Матюшевского, которые он одолжил мне на тамбовщине, когда я утопил свой мобильник (а что вы удивляетесь – на тамбовщине и не такое бывает).

Матюшевский тоже очень страдал – ведь незадолго до этого ужасного происшествия он, будучи все в том же состоянии алкогольного опьянения, потерял  на вышеупомянутой тамбовщине мой белый мешок со снастями, таганком, котлами и прочими важными походными принадлежностями.

Белый мешок

А дело было так – основательно поднабравшись еще в поезде, а затем добавив в  машине, он тащился по территории турбазы, приставая ко всем лицам женского (а может быть, и мужского) пола от шестнадцати до шестидесяти лет).

Кстати, я полагаю, что в связи с повышением пенсионного возраста, его поведение (в смысле пожилых матрон) было совершенно оправданным. Методика приставания была очень проста, хотя и  несколько однообразна – Матюшевский всем встречным дамам говорил одну и ту же фразу:  «какая  же вы красивая».