Конечно, я сразу решил, что это опять те гоночные мстители, и уже собрался снова дать деру. Но когда машины проторчали здесь неделю, а никакой агрессии не проявили, я сообразил, что это, скорее, наблюдатели от олигархической общины – проверяют, соблюдаю ли я условие. Серьезные люди ведь перестраховываются, и правильно делают. В принципе, пусть наблюдают, мне не жалко. Мне вот что интересно: неужели этим чудикам еще не надоело каждый день торчать возле моего дома, и смотреть, как я кошу траву или копаю огород? Ей-Богу, я бы лучше это время на что-нибудь другое потратил.
А между тем солнышко, сука, все сильнее припекает.… Надо работать, а то близится полдень – время, когда я буквально сбегал с поля в прохладу дома, и не выходил часов до пяти вечера, пока жара хоть чуть-чуть не спадет. Хотя, сейчас что в пять вечера, что в два часа ночи – все равно чувствуешь себя, как в бане. Жарко, душно, особенно когда на открытом воздухе, без кондиционера. И хоть бы капля дождя за последнюю неделю упала!
Чемпионам нужен отдых, да. Но когда ты торчишь в селе, на огороде, на солнцепеке, машешь косой, и уныло размышляешь о том, что тебе еще надо покрасить забор, выкорчевать пень и полить клубнику (и это все за сегодня) то это уж никак не похоже на отдых. Скорее, на принудительно-исправительную каторгу. Но не зря говорят, что горбатого могила исправит, а сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит. Успев в полной мере почувствовать вкус свободной жизни уличного гонщика, я уже не мог о ней забыть. И хотя в Челябинск мне теперь дорога закрыта, я все равно еще вернусь на трассу – рано или поздно. Вот, как только мой домашний арест закончится, и наблюдатели сдриснут. Не может Красный Дьявол вот так уйти в расцвете сил, просто не может. Мир еще услышит обо мне, еще будут у меня слава, богатство, машины и женщины. Надо только немного подождать, и потерпеть.
Всего лишь немного.
Воскресенье, конец июля… Родители умотали на море на три дня по бесплатной путевке, выбитой батей у себя на работе (не зря же он начальник), а мне наказали блюсти себя, а главное – хозяйство, в чистоте и порядке. И, конечно же, список дел надавали. Но какой дурак будет в отсутствии шефа работать также как в его присутствии? Только не наш славянский человек.
Поэтому, свой первый день одиночества в пустом доме я праздновал, как долгожданный выходной. Лопата, грабли, коса и прочие инструменты были мгновенно забыты, а из гаража был вытянут и подвешен между деревьев старый, еще оставшийся от деда гамак. Напоследок захватив из погреба бутыль домашней настойки на меду, я вытянулся в гамаке во весь рост, заложил руки за голову, и с удовольствием задремал в тени деревьев, слушая пение птичек и кожей ощущая приятное дуновение легкого ветерка. Тишина да благодать, только нет-нет, да где-то далеко в поле прогрохочет трактор, или на улице залают собаки. Да, что ни говори, а когда в селе не надо работать, то там очень даже хорошо.
Продремал я недолго, полчаса, наверное. А когда проснулся, то не спешил открывать глаза, лениво размышляя, что лучше организовать вечером – сделать и себе персональное море из детского надувного бассейна, залив его водой из шланга, или смотаться в магазин, да накупить всякой всячины, и потом сожрать ее в одну харю? А может, даже замутить шашлыка и холодного кваса, обычный культурный отдых обычного человека. Тем более, я сейчас сам себе хозяин, мне можно все. Жаль только пригласить на праздник некого. Да и пофиг, мне больше достанется.
И уже в тот самый момент, когда я почти достиг компромисса – сначала смотаться в магазин, а потом организовать «персональное море» - где-то за забором послышался приближающийся звук движка, зашуршали шины, а соседская собака сразу же разразилась лаем. Поначалу я не обратил на это внимания – мало ли, кто там к соседям приперся, я-то уж точно никого не жду. Но спустя пару минут возле калитки моего дома раздался громкий, призывный крик:
- Эй, хозяин! Ты дома?
Скинув с лица кепку, которой загораживал глаза от лишнего солнечного света, я сполз с гамака. Наверное, к бате кто-то приехал, может даже кто-то с работы. Ладно, сейчас объясню, что хозяина дома нет, я за него. А вообще, приличные люди сначала звонят, а потом приезжают. Но когда я открыл калитку и выглянул на улицу, то замер, как вкопанный. Ох, нет, это не к бате. Это ко мне.
Потому что за забором стоял запыленный от дальней дороги «Митсубиши Аутлендер» с московскими номерами, а рядом нетерпеливо переминался с ноги на ногу высокий долговязый стручок в мокрой от жары рубашке и серых брюках, с весьма знакомым лицом, покрытым небритой трехдневной щетиной.
- Эй, Красный Дьявол! – обрадовался Серега. – Саня, здорово!
Твою ж мать…. Опять эта гнида!
- Мужчина, вы домом ошиблись, - буркнул я, и развернулся к нему спиной, намереваясь захлопнуть калитку. Лучше сделать вид, что я – не я. Но не помогло.
- Эй-эй-эй, не уходи, а? Разговор есть!
- Да пошел ты со своими разговорами. Дорогу показать, или сам знаешь?
