Как ни странно, в этом свете Кристина представала более вероятным похитителем, нежели ее муж. Если бы за дело взялся Андрей, он бы нанял профессионала. Но если бы всем занимался любовник Кристины, он бы действовал неумело и хаотично — как раз в соответствии с тем, что они видели в парке.
Если за похищением стоит Кристина, это хорошо и плохо. Хорошо, потому что девочке не навредят. Плохо, потому что Кристина все это время не покидала квартиру, да и не сможет, за ней постоянно следит полиция. Трехлетняя Тоня сейчас наедине с человеком, способным на жестокое убийство.
Александра достала из папки ручку и чистый лист бумаги.
— Пишите, — велела она.
— Что писать?
— Список мужчин, с которыми у вас действительно были отношения. Если их было не тридцать, как утверждают ваши соседи, вы упростите нам жизнь.
— Я не хотела бы это обсуждать!
Александра решила, что настало время повысить голос.
— Речь идет о похищении твоей дочери, пиши давай!
Кристина испуганно сжалась и схватилась за ручку. Да, с таким характером она вполне могла пойти на поводу у любовника и согласиться на похищение девочки.
Не прошло и двадцати минут, как у них оказался список, который полиции предстояло проверить. А вот Андрей Нефедов так и не появился в квартире. Правда, у него хватило совести позвонить, но не жене, а Яну.
Нефедов попал в аварию, не опасную, однако обеспечившую ему свидание с ГАИ на несколько часов и всестороннюю любовь других водителей, застрявших по его вине в пробке. Александра не была расстроена. Теперь она видела, что Андрея и Кристину лучше не сводить в одном помещении, ничего хорошего из этого не выйдет.
Квартиру они с Яном покинули молча, оставив возмущенную и растерянную Кристину наедине с дежурным, который наверняка уже считал минуты до конца своей смены. Лишь в подъезде Александра спросила:
— Есть что-нибудь новое по похищению девочки?
Она знала, что полиция давно уже изучает все фото- и видеоматериалы, хоть как-то связанные с парком. Вот только ближайшие камеры наблюдения ничего не могли дать: устройств было слишком мало и они охватывали слишком ничтожную территорию. Александре хватило пяти минут, чтобы составить не меньше двадцати планов побега, минующих любые камеры. Вся надежда была на любительские снимки и показания свидетелей.
— Ничего, — покачал головой Ян. — Если бы что-то было, я бы тебе сказал. Этот сукин сын точно знал, где их перехватывать: ни одна часть парка не подходит для похищения так, как эта.
— Если бы девочка орала, никакая часть парка ему бы не помогла. Вопрос в том, как он заставил этого ягненка молчать.
— Ну, если бы он нес на руках ребенка без сознания, это тоже привлекло бы внимание…
— Не факт. Если девочка была не в крови, многие могли подумать, что она просто уснула. Все зависит от того, насколько благонадежным выглядел похититель. Предлагаю отправиться навстречу Андрею Нефедову, раз уж он сам не удосужился к нам явиться.
— Согласен. Не хочу говорить очевидное, но времени все меньше. Сама она не сбежит… У маленькой девочки и шансов нет!
«У больших тоже не всегда бывают шансы», — подумала Александра. Ей не хотелось вспоминать об этом, но сейчас, когда она размышляла о Тоне Нефедовой, память словно предавала ее, освобождая самых опасных своих заключенных…
