— А это интересная мысль! — девушка начала активно дополнять свои записи. — Тогда с тебя список «подопечных» с подробным описанием. Нам нужно понимать: их способности, уровень разумности, возможность участвовать в коллективной работе и степень безопасности при взаимодействии с людьми. — Виктория ненадолго задумалась. — А не пора ли отцу подключиться? Он сможет поспособствовать ускорению решения большинства проблем.
При этом было видно, что обращаться к папе Вике не очень хочется, но прагматичный подход к решению задач заставил её поднять данный вопрос.
— Послушай, твой папа — это «тяжёлая артиллерия». Занимается он соответствующими его «масштабу» вопросами. Например, когда речь зайдет о поиске и расширении рынков сбыта, организации собственного производства, взаимодействии в «высоких деловых и административных кругах» и правильной организации «прикрытия» дела от возможных ударов конкурентов или иных недоброжелателей. Справиться с задачами начального этапа мы вполне в состоянии. Ты согласна?
Девушка кивнула.
— Вот и славно! На этом наше первое совещание объявляю закрытым и предлагаю приступить к реализации намеченных задач! У тебя, — я скосил взгляд на сделанные уже лично мной записи, — основное — передать полномочия администратора, уволиться из библиотеки, а следом приступить к сбору и подготовке документов для открытия нашей пока маленькой, но уже очень гордой компании (нам же нужна своя организация?). А у меня — добыча грузовика, на котором мы завтра с Юхтиным отправимся в Лакуну. Ага, а я даже не в курсе, умеет ли он водить автомобиль?
Такой резкий переход слегка выбил Викторию из колеи, но она быстро пришла в себя, сделала мне ручкой и вышла из комнаты, не забыв на прощание выразительно вильнуть бедрами — даже у самых высокоморальных дам этот жест проходит на уровне рефлекса.
Я же залез в бывалую, пережившую приключения в Лакуне торбу, обнаружил искомое и потянулся к телефонной трубке — машина ведь сама себя не достанет.
Вопрос на миллион: кто, даже в режиме жесточайшего дефицита и прочих товарных и административных трудностей, всегда сможет достать почти всё, что угодно, или подскажет имя того, кто это может сделать? Внимание! Правильный ответ — ..
В трубке сквозь треск раздался усталый женский голос:
— Коммутаторная слушает!
— Здравствуйте, барышня! Соедините меня, пожалуйся…
И буквально через пару секунд в трубке уже звучал другой голос.
— Алло! Мойзель у аппарата!
— Марк Моисеевич, здравствуйте! Василий Николаев Вас беспокоит.
— А-а-а! Добрый день, добрый день! Рад, просто чрезвычайно рад Вас слышать! Как обстоят Ваши дела? Читали мы на днях газету — это было просто возмутительно! А как переживала моя Хедва! Я никогда не слышал, чтоб она такие ругательные слова употребляла! А какое гневное письмо она послала в редакцию! Она пришла ко мне и велела позвать всех наших хороших друзей! И объяснила им про эту ужасную несправедливость. Все решили тоже написать в редакцию, чтоб гнусным писакам впредь было неповадно! Сегодня немного успокоилась, когда вышла правильная газета! Но что это я всё говорю и говорю, а Вас совсем не слушаю⁈ Говорите же! А ещё лучше — навестите нас и обо всём расскажете!
Через час я уже устраивался в уютном кресле и принимал из рук Хедвы Ароновны чашку с изумительным золотым чаем. А что? О делах, таки, действительно лучше говорить не по телефону, идти до Цитадели, в которой пока ещё квартировался старый мастер, было всего ничего.
Первые полчаса я отвечал на те сто вопросов, которые обрушили на мою голову Мойзели. Женщины охали и ахали, Марк Моисеевич вздыхал молча, но я видел, что вопросов у него становится всё больше. Потом мать с дочерью скрылись на кухне, явно собираясь поразить гостей чем-то совсем особенным. Любопытный гурман Кузя отправился за ними.
Дружок с видом утомлённого триумфатора возлежал на ковре посреди комнаты, снисходительно поглядывая на стоящую рядом кастрюлю с тушёным мясом.
— Василий, Вы же не попробовали Хедвины рогалики! Это непревзойдённый кулинарный шедевр, уверяю Вас! — Марк Моисеевич расположился напротив за маленьким кофейным столиком. — А теперь я, таки, весь — внимание! Какое у отважного юноши приключилось дело до старого еврея, Вы ведь не просто за нами заскучали?
— Соскучился я вне всякого сомнения! — у меня на лице невольно расплылась улыбка. — Но Вы правы, я именно что по делу. Думаю, что дело это Вас крайне заинтересует! Скажу даже больше, имеется у меня предложение, от которого Вам совсем не захочется отказываться!
— Этот молодой человек уже меня заинтриговал! А можно подробности?
— Ну, как Вы знаете, в мою собственность перешла солидная часть Лакуны. Теперь её нужно осваивать.
— И если старый еврей ещё не разучился складывать два и два, делать Вы это планируете самостоятельно, не передавая землю в управление государству.
