Ваш отец получил первую угрозу за три месяца до того, как она была приведена в исполнение. Через два или три дня до получения им этой угрозы я поступила на должность секретарши к Гарвею Фрэйну только потому, что его дом находился рядом с вашим. Он был другом вашего отца, и я, таким образом, имела возможность наблюдать за тем, что делается у вас. Ранее я пыталась получить должность секретаря вашего отца, но это мне не удалось. Ужаснее всего то, что я находилась в лесу, когда его убили. Я не видела, кто стрелял, но увидела, как упал ваш отец, и когда подбежала к нему, то поняла, что ему больше ничем нельзя помочь. Тут я заметила, что за деревьями мелькнула ваша фигура и сочла нужным исчезнуть, тем более, что у меня был револьвер. Когда я выбиралась из лесу, то чуть не столкнулась с каким-то человеком, который очень спешил и явно старался, чтобы его кто-нибудь не заметил…
После смерти вашего отца мне больше не нужно было оставаться в доме Фрэйна. Я хотела приблизиться к «Красному Кругу» и знала, что лучший способ привлечь к себе внимание его предводителя было совершить какое-нибудь преступление. Так что, когда вы проходили мимо ломбарда, а я выходила оттуда, только что заложив золотого божка мистера Фрэйна, это не было случайным совпадением: мой отец подстроил все заранее и назвал меня известной аферисткой для того, чтобы вызвать ко мне интерес у Дерека Телла или, как его на самом деле звали, Фердинанда Уолтера Лейтмана. Мне не грозила опасность попасть в тюрьму. Так как это была моя первая судимость, то судья обошелся со мной соответствующим образом, но моя добрая репутация погибла. Сразу же после суда, как и ожидалось, я получила приглашение встретиться с главарем «Красного Круга»…
Я встретилась с ним у Стейн-сквер. Отец все время наблюдал за нами и следовал за мной до самого дома. Он всегда находился поблизости, не правда ли, папа?
— За исключением истории с Барнетом, — покачал тот головой, — тогда я был весьма напуган, мамочка.
— Став членом «Красного Круга», я получила первое задание — устроиться работать в банк Брэндона. Видите ли, метод Телла состоял также в том, что он заставлял одного члена шайки следить за другим. Мистер Брэндон был для меня загадкой. Я тогда не могла с уверенностью сказать, честен он или нет, и, само собой разумеется, сперва и понятия не имела, что он является членом шайки. Чтобы поддерживать репутацию воровки, я должна была снова начать воровать. В результате я получила выговор от своего таинственного шефа, но это пошло мне на пользу, так как сблизило меня с другой шайкой преступников и привело на площадь Мерисбур в день смерти Феликса Марля.
Телл, не желая терять меня из виду, взял меня к себе в бюро на работу. Кроме того, когда ему понадобилось, он нашел удачный способ от меня избавиться. В ту ночь, когда он убил Фрэйна, мне приказано было находиться по соседству с домом убитого, с таким же ножом и рукавицей, парную к которой Телл использовал при убийстве.
— Но как вы бежали из тюрьмы? — спросил Джек.
Она посмотрела весело и при этом удивленно:
— Милый мой мальчик, — сказала она, — как я могла бежать из тюрьмы? Я была выпущена глубокой ночью самим начальником, а уважаемый инспектор лично проводил меня домой.
— Видите ли, мы хотели загнать Телла в тупик, — объяснил Парр. — Как только он узнал, что Талия вышла на свободу, он что-то заподозрил и заметался, как зверь в ловушке. Когда же он установил, что его бюро и квартира подверглись обыску, то понял, что за Талией стоит нечто большее, чем он мог себе представить. Но то, что руковожу этим я… нет, до этого он не смог додуматься!
Инспектор Парр на следующий день прибыл на ленч к премьер-министру в сопровождении Джека и Талии. После ленча инспектор продолжил свой рассказ:
