Егор вдохнул запах парфюмерии и почувствовал, не только его, он почувствовал что-то еще. Вера, в момент поцелуя думала о том, что это впервые, впервые она сама делает первые шаги в отношениях. Обычно симпатичной девушке не приходилось об этом заботиться, даже если ей кто-то чертовски нравился. Она лишь давала намек, а дальше просто ждала.
Окончив длительный поцелуй, Егор прижал Веру к себе, так словно никогда не хотел ее отпускать. Через какое-то время поцелуй повторился.
– Метро, наверное, уже открылось? – допив пиво, зевающим голосом произнес очарованный Егор.
Работа на оптово-розничной базе продуктов и напитков в любой должности приносила свои плоды. Егор ежедневно брал по бутылке самой дешевой водки, и отдавал Петру Константиновичу, тем самым, располагая к себе. Зарплату он еще не получал, а жить и не платить за проживания у чужого человека, нахально. На все те небольшие деньги, что он получал по средам за выступление, он покупал еду для обоих.
Сентябрь закончился, легкий октябрьский ветер напоминал об осени, непредсказуемо на город налетали тучи и омывали под собой все прохладным дождем. Позади Егора осталось два выступления в баре. Среды джазовой музыки расслабляли посетителей и привлекали внимание. Свой первый аванс, полученный на базе, Егор отдал хозяину квартиры и тот проникся доверием, жизнь Егора впадала в определенное русло. Для Веры начался учебный год первого курса в институте. Вечерами она виделась с Егором, и вмести, они допоздна гуляли и подолгу разговаривали. Вере казалось, что в этом молодом человеке она нашла спокойствие. И что ее развивающиеся отношения с ним, не были игрой и ветреным увлечением. Ей было всего восемнадцать, но любовными историями она была богата, и все благодаря своей юношеской безрассудности. Но ей всего лишь казалось, что она так много знает о жизни, что она умеет разбираться в людях, и что она узнала, что такое любовь в шестнадцать лет, заведя свой первый роман с одноклассником. Все это лишь представление молодой фантазии, которой хочется быстрей набраться опыта. Безусловно, опыт есть, но в нем нет мудрости.
Приближалась очередная среда, Егор с удовольствием ходил в бар и играл всю ночь на саксофоне, за тем с трудом отрабатывал свой рабочий день на продуктовой базе грузчиком. За два первых выступления Егор привык видеть Веру среди посетителей, ее не выгоняли из бара, просто на просто это было не кому сделать. Она хорошо знала бармена Борю, соответственно саксофониста, а охраннику она совершенно ни чем не мешала. В эту среду Вера уже была студенткой вечернего факультета, на выступление идти не довелось, и в семь часов вечера, сразу выйдя с базы, Егор двинулся один.
Все никак не мог налюбоваться он вечерней Москвой. Окна, стреляли светом, различные вывески переливались разноцветными огнями.
Егор вошел в бар, поздоровался с охранником, и сразу же оглядел столики, народу было не много. Да все кто были, не его слушатели, Егор это понимал, они приходили в бар, а не на концерт, а уже затем становились слушателями, по просьбе которых выступление могло прерваться, и начаться, что ни будь другое. Но все, же проект Анзора, создателя бара действовал хорошо. С утра до вечера, доносится музыка из колонок, популярных исполнителей. Вечерами играют и поют живьем различные музыканты. А именно вечером в среду джаз. Посетителям это нравилось, была возможность отвлечься от беседы, взглянув на музыкантов и проникнуться к их музыке.
В основном Егор молчал между исполнениями композиций, но иногда были и предисловия. Печальный вид, молодого человека, довольно просто одетого играющего на саксофоне приковывал к себе взгляды. Продолжительная мелодия, заставляла Егора, думать о новом увлечении, о молодой девушке Вере. При игре на инструменте, Егор не смотрел в зал. Хотя и представлял что это концерт. Столики заведения постепенно заполнялись парочками и компаниями. Извиваясь над столами, кружились клубы дыма, то и дело к столикам подходили официантки с блокнотиками и записывали заказы, меняли пепельницы и делали приветливое выражение лица. Невольно думалось музыканту, что придет время, когда и он будет ходить во всякие хорошие заведения, делать заказы и оставлять чаевые, но сейчас его устраивало то, чем он занимался. Эта маленькая сцена круглосуточного кафе в Москве, казалось, осуществляла его мечты.
Надышавшись чужого дыма от сигарет, Егору страсть как захотелось курить.
Он положил инструмент в футляр и, минуя служебный выход, пошел курить на крыльцо парадного входа. С клавишником Игорем они курили по очереди. На улице было свежо, это особенно чувствовалось, когда выходишь из закрытого прокуренного помещения. Фонари, светившие в центре Москвы, не позволяли видеть темноту.
