Всего можно насчитать до 1000 застенков – а если принять во внимание, что одно время существовали и уездные чека – то и больше.
С тех пор количество губерний РСФСР значительно возросло – завоеваны Сибирь, Крым, Дальний Восток. Увеличилось следовательно в геометрической прогрессии и количество застенков.
По советским сводкам можно было (тогда, в 1920 г. – с тех пор террор отнюдь не сократился, о нем лишь меньше сообщается) установить среднюю цифру в день для каждого застенка: кривая расстрелов подымается от 1 до 50 (последняя цифра – в крупных центрах) и до 100 в только что завоеванных красной армией полосах. Эти взрывы террора находили однако периодически и опять спадали, так что среднюю (скромную) цифру надо установить приблизительно в 5 человек в день, или помножив на 1000 (застенков) – 5000 человек и в год около 1,5 миллиона.
А ведь «Голова Медузы» вот уже скоро шесть лет высится над испепеленной страной»203.
В некоторых чрезвычайных комиссиях, говорят, заведена была особая должность «завучтел», то есть, заведующий «учетом тел».
Не сказано ли этим все?
84
То же в «Еженедельнике Чрез. Комисс. Казань» № 1 и в «Правде» 25 декабря.
85
У меня не было в то время, напр., сведений даже об известном расстреле 12 с.-р. в Астрахани 5 сент. 1918 г. после августовского местного восстания. «Рев. Россия» № 16–18.
86
«Известия» 8 февраля.
87
Livre blanc; Interim Report of Committee to collect information on Russia 1920; Report of the Committee to collect information on Russia 1921.
88
Livre blanc, ст. 136.
89
Дело, № 56.
90
Архив Революции, V111, 159.
91
Проверить число жертв нельзя было и при попытке собрать сведения непосредственно за уходом большевиков. Напр., харьковское отделение Деникинской комиссии, производившее свои расследования при участии представителей городской Думы, Совета профес. союзов, о-ва трудящ. женщин, обследовало 11 мест заключения, обнаружило 280 трупов, но оно считает, что действительно жертв было по крайней мере в три раза больше. Оно не могло обнаружить всех зарытых в парке и за парком.
92
In the Shadow of Death. Statement of Red Cross sister on the Bolshewist Prisons in Kiev. Архив Революции VI.
93
Оценку этой книги, а равно и других, см. в моем обзоре «Литература о терроре» в сборнике «На чужой стороне» № 3. Книга Нилостонского «Похмелье большевиков» принимает в своих заключительных строках определенный антисемитский характер, что дает возможность говорить о ее тенденциозности. Мы как-то уже привыкли не доверять литературным произведениям, выходящим из-под пера лиц, неспособных возвыситься даже при изложении жизненной трагедии над шаблонным зоологическим чувством узкого шовинизма. Но сведения, идущие из источников другого происхождения, подтверждают многое, о чем говорится в этой книге.
94
См. ниже.
95
«Из деятельности саратовской чрезвычайки». Сборник «Че-Ка».
96
«Че-Ка». «Из деятельности саратовской чрезвычайки», стр. 197.
97
Эти бессудные казни вызвали протест рабочих. Митинги были разогнаны с помощью «военной части и запрещены» (Маргулиес, 279).
98
«Funf Monate Obrigkeit von unten. Erinnerungen aus den Odcssacr Bolschewistentagen April – August 1919». Изд. «Der Firn».
99
«Че-Ка». «Астраханские расстрелы», стр. 251, 253.
100
«Воля России» 7 декабря 1921 г.; «Рев. Россия» № 3.
101
7 ноября 1920 г.
102
А.В. Пешехонову в своей книге «Почему я не эмигрировал?», мне кажется, следовало бы быть осторожнее в своих оговорках, смягчающих большевистскую действительность. «Как ни жестоки большевики, – пишет он на стр. 8, – но надо отдать им справедливость, осужденные в большинстве случаев не так уж долго томятся в их тюрьмах – во всяком случае гораздо меньше, чем пишется в приговорах». Еще бы! Я знаю приговор, присудивший человека к 120 годам заключения! Я знаю приговор Ч.К. (временного учреждения, по заявлению большевиков), присудивший человека к пожизненному заключению. В большевистском «правосудии» много действительно дикого. Но разве Пешехонов не знает, что тысячи годами уже сидят без соответствующих приговоров за никчемные вины или даже без вины – просто, как «контрреволюционеры» in spe.
103
«Че-Ка», стр. 227.
104
Ibid., стр. 102.
105
15 февраля 1919 г.
106
«Кремль за решеткой», стр. 112.
107
«Че-Ка». «Тюрьма Всероссийской чрезвычайной комиссии», стр. 147.
108
Французский коммунист Кашэн с обычной для коммунистов безответственностью заявлял в l’Humanité (30 авг. 1919 г.): «В конце 1918 г. в России был период в шесть месяцев, когда действовали чрезвычайные суды. Но уже давно того, что называется террором, не существует в революционной России. За исключением фронта смертная казнь в России отменена».
109
Чешский социалист Пшеничка, бывший в это время в Москве, в своем докладе, прочитанном в Праге, утверждал, что перед его отъездом из Москвы несколько десятков смертников были высланы в прифронтовую полосу («Посл. Нов.» 30 июня).
110
