Германия капитулировала, сдавленная с двух сторон, однако битва на Тихом океане продолжилась, и Америка смогла сломить Японию лишь к 1947 году. США распылили имеющиеся у них ресурсы на продолжающуюся войну, чем не преминул воспользоваться Сталин. Внезапно он заключил сепаратный союз с Японией. Перегруппировавшись и собравшись с силами, СССР пересёк линию соприкосновения с бывшими союзниками и начал наступление на запад. Черчилль спешно корректирует операцию «Немыслимое», пока столь нужные в Европе войска США увязли в Японии. После долгих и затяжных сражений ввиду численного превосходства Красной армии англо-американские войска эвакуируются в Великобританию в ходе Второй Дюнкеркской операции. СССР достигает Атлантического океана, через некоторое время — Гибралтара и устанавливает практически по всей Европе коммунистические режимы, лояльные Кремлю. Исключениями стали Швеция и Норвегия, где Советский Союз не сумел бы нормально высадиться из-за недостаточной мощи Балтийского и Северного флотов, Финляндия, в которую после двух неудачных попыток СССР не отважился соваться, Швейцария, Лихтенштейн и непосредственно Великобритания. Исландия и Гренландия попали под аннексию и превратились в англо-американские совладения.
Новая война или вероломное продолжение Второй мировой в Европе продлилось недолго: англосаксы и советы вскоре заключили мирный договор. Ресурсы обеих сторон за восемь лет непрерывного интенсивного противостояния критически истощились. Черчилль выигрывает выборы у своего оппонента К. Эттли и произносит знаменитую Фултонскую речь. Горячая фаза логично перешла в холодную.
Сталин учёл неудачный опыт в Испании, когда «свои» массовые репрессии, перенесённые на чужую территорию, вызвали жёсткую реакцию со стороны локальной оппозиции и привели к крушению левого режима. В новых сателлитах Советского Союза с появившимися аббревиатурами «-НР» или «-ССР» стала проводиться политика некоего «облегчённого» социализма. После смерти тирана она стала ещё мягче, чтобы местные народы сильно не ощущали давление Москвы, хотя самых недовольных в конце сороковых — начале пятидесятых всё-таки успели подчистить. Однако надо признать, что с данными европейцами в этом плане обращались на порядок человечнее, нежели с народами России, Восточной Европы и побеждёнными немцами.
