Вспышка. Красный тряпочник, одетый в форму сотрудника «Мосэнерго», по лестнице карабкается на трубу теплоэлектроцентрали. На его спине повешен длинный футляр. Преступник достигает самой верхней площадки и внимательно осматривается. Затем убийца раскрывает футляр, достаёт из него СВД и военный лэптоп, приготавливает оружие к выстрелу. Тряпочник точно оценивает дистанцию до дома Гирина при помощи монокуляра, уточняет на специальном пейджере скорость и направление ветра, температуру и влажность воздуха, атмосферное давление и вероятность осадков. Далее Красный тряпочник садится на одно колено перед лэптопом и набирает следующее сообщение:
В полукилометре Гирин получает это письмо в приоритетном порядке и взлетает со стула как ошпаренный. Четверть минуты он, сосредоточенный, ходит туда-сюда, спешно соображая. Затем, наплевав на все предосторожности, глава радикалов подходит к пульту управления и поднимает пуленепробиваемые рольставни. Этот канал связи и этот пароль известен только ему и S. Но вдруг товарища схватили, запытали и всё-таки выбили из него эту информацию? Нет, даже если такое бы и произошло, S— самый надёжный человек на этом свете, думал Гирин. Он, скорее, покончил б с жизнью во время захвата или в плену, нежели выдал бы столь сверхсекретные данные. Грант схватил ручку с блокнотом и подошёл к окну, ожидая передачи сведений напрямую, но издалека.
Как только редкие солнечные лучи касаются лица Гирина, пуля из СВД пробивает оконное стекло, а затем — и голову самого троцкиста. Тело неудавшегося революционера, болтнувшись, отлетает на пол. Ручка и блокнот выпадают из рук и разлетаются в разные стороны. Однако следом через образовавшееся отверстие прилетает пуля-капсула. Предмет ударяется о противоположную окну стену, отскакивает на труп Гранта и раскрывается. Из металлического цилиндра на погибшего небрежно вываливается кусок красной материи.
Вспышка.
Ярослав рассказал об увиденном Боровикову.
— Да, тракториескоп показывал туда, и высота одна из немногих подходит для выстрела, но опять, блин, режимный объект… — посетовал Боров, отмахнувшись. — А что с СВД? Различил идентификационный номер?
— Всю технику он унёс с собой, не стал оставлять или выбрасывать. Идентификационный номер он полностью затёр, — не обрадовал начальника Коломин.
— И пуля тоже оказалась какая-то «левая», — у Боровикова заметно подпортилось настроение. Поинтересовался: — С «зилками» Гирин не связан?
— Пока ничего подтвердить не могу, — слегка пожал плечами Ярослав.
— Тогда будем пока считать, что нет. Отправляемся обратно на Мытную. Поработаешь с документами или компьютером. Либо возьмёшь «Метеор» из гаража и поедешь разбираться с оставшимися случаями. Нераскрытых их, к сожалению, у нас пока ещё много. — Боров поманил капитана за собой. Они вышли к лифту. — Часть парней я отправлю на ТЭЦ, пусть посмотрят там видеозаписи, пропуска, входы-выходы, исчезновения формы, документов и т. п., осмотрят площадку на трубе. Хотя лично я сомневаюсь, что это как-то нам поможет.
Сослуживцы вышли из дома и направились к чёрной «Волге».
***
Ярко-белая луна вынырнула из-за тяжёлых ночных облаков, осветив небольшую деревеньку. Вряд ли данное поселение можно было звать даже деревней, так, скорее, хутор из нескольких одноэтажных зданий. Деревянные домики спали мёртвым сном и выглядели заброшенными. Некоторые избушки покосились и стали заваливаться под собственным весом, некоторые, что заболели гнилью, уже развалились или погибли от пожаров. Чернота пожарищ смешивалась с ночными тенями, провоцируя нехорошие эмоции у слишком впечатлительного случайного наблюдателя. Изящные деревянные наличники ручной работы почти полностью поотваливались у мутных, запачканных окон. Проржавели голубые почтовые ящики и уныло висели близ помятых калиток. Уже невозможным оказывалось прочитать название одной-единственной улицы и номер дома. Да и улицей называть тот объект приходилось с натяжкой — не улица, а просто полузаросшая сорными травами широкая тропинка.
