— Да уж, даже я не предполагал, что они зайдут настолько далеко, — уже достаточно измотанный на сегодняшний день, Коломин напряжённо рулил. Аэромобильный траффик, словно косяк рыбёшек перед акульей стаей, опасливо искажался под влиянием развернувшихся городских столкновений. Сейчас столица по-настоящему стала красной во всех смыслах.
— Они не ожидали, что у народа лопнет терпение. Я сам удивился, чего это так наши прониклись симпатиям к чужим людям, проживающим по ту сторону океана. Хотя, уверен, это послужило лишь триггером — усталость и унижение от невыносимой лёгкости бытия стали главными причинами восстания, — беспечно откликнулся Вова, словно это было для него всего лишь очередной авантюрой. — Но признайся, чтобы ты без меня делал?
— Чёрт, мы забыли заехать за бронёй для тебя, — заметил Ярослав, глядя на Вову, который был одет как обычный гражданский.
— Ярик, не забывай: я всегда действую налегке. — Тряпочник постучал по лбу указательным пальцем.
— Не сокращай так по-дур… — хотел ответить Коломин, но очередная очередь вновь прошлась по «Метеору». — Аэроциклисты «Гаммы»!
— Держи ровнее и давай сюда свою-чудо пушку! Разберёмся.
Вова опустил стекло дверцы и высунулся наружу вместе с весьма массивным оружием. Одно нажатие на спусковой крючок — и мощнейший воздушный поток скоростным молотом вбил вражеского аэроциклиста вместе с транспортом в стену одного из домов. Другой неприятель увернулся от второго залпа, совершив двойную «бочку». Кроме того, выяснилось, что воздухомёт весьма терял свою эффективность на дальних дистанциях. Аэроциклист просёк это и стал постреливать на расстоянии. Вова тоже не растерялся и быстро сменил чудо-оружие на обыкновенный автомат. Точная очередь — и боевик слетел с аэроцикла в пропасть, оставив транпорт бултыхаться без хозяина. Третий противник резко возник откуда-то снизу, но в руках у Вовы снова появился воздухомёт. Выстрел — и «гаммовец» также вылетел с сиденья в массивную бетонную колонну неподалёку, что поддерживала один из мостов.
На примчавшийся КАМАЗ «гаммовцев» с очередными миниганами в кузове Вове пришлось потратить аж три выстрела. Последнее попадание из воздухомёта грузовик уже не выдержал, клюнул кабиной, отклонился с траектории движения и влетел в ближайший столб. А рой дронов, попытавшийся в какой-то момент облепить скоростной аэромобиль, был разогнан одним-единственным нажатием спускового крючка.
Бортовая ЭВМ «Метеора» показала на экране своего монитора, что Малый Каменный мост, переходящий в улицу Серафимовича на острове Балчуг, перекрыт. Ярослав прищурился и действительно разглядел бронированные УАЗы «Гаммы» с пулемётными турелями на крыше. Стрелки бронеаэромобилей запросто могли изрешетить ЗИЛ-113Л, несмотря на его повышенную защищённость. Коломин было собрался повернуть на Малую Якиманку, но вдруг кто-то мощно прошёлся по «уазикам» боевиков. Одна машина вспыхнула, а другая явно прекратила подавать признаки жизни.
— Капитан, путь тебе освободил. Потом проставишь кружечку крепкого, знаю одно место на Патриках, — доложил позывной «Коробочка», командир милицейского бронетранспортёра, ранее прикрывавшего команду Боровикова при штурме логова Яхьяева в Тёплом Стане.
— Спасибо, друг! — Коломин смог беспрепятственно пролететь мимо прекратившей представлять опасность техники.
Вспышка.
— Твои неплохо так хреначат «Гамму». Гражданские стали нести меньшие потери. Боров вовсю рвёт и мечет, командуя, — поделился узнанным Вова.
Ярослав удовлетворённо кивнул. До точки «Храм», коей являлся, как некоторые читатели могли догадаться, Дворец Советов, выстроенный на месте Храма Христа Спасителя, оставались считанные полкилометра. В одной из «вспышек» Коломин смог разглядеть бронированные лимузины ЗИЛ — «членовозы», на которых в спешке спасались министр МВД и председатель КГБ, но даже чисто теоретически догнать их уже не мог. Весь персонал Дворца Советов стал спешно эвакуироваться, и в монументальном здании начали оставаться лишь бойцы «Гаммы» — стандартной вариации, «тёмно-серые», и усовершенствованной, «индиго». Согласно заранее разработанному плану, предполагавшегося для использования не обязательно «Гаммой», но и иными силовыми структурами для защиты здания и высших государственных лиц, огромный комплекс Дворца Советов превращался в совокупность крепостей, которые, как одна большая матрёшка, представляла собой одну сплошную суперкрепость. Помещения, коридоры, лестницы, внешние и внутренние окна — всё здесь прекрасно подходило для глухой тотальной обороны.
