Она взглянула ему в лицо, услышала его голос – и с нею произошло то же, что и с предыдущими. Она практически превратилась в зомби. С этого мгновения она жаждала только одного: быть поблизости от чужестранца с ласковыми серыми глазами, удивительными тёмно-синими бровями и ресницами и улыбчивым крупным ртом, слушать его, смотреть на него, угодить ему, быть ему полезной. То, что она была уже не девочкой, сыграло ей на руку: она не растерялась, не упала в обморок, а ненавязчиво уговорила Ива пойти вниз, в её комнату, где, по её словам, было намного уютнее, налила вина, окружила его заботой, развела огонь в очаге, принесла фрукты, копчёное мясо, как-то незаметно преобразилась – только что ходила где-то рядом в домашнем старом платье, и вдруг уже сидит напротив нарядная, с кокетливо уложенными волосами и симпатичными серёжками в ушах. Ив озадачился, но вежливость и врождённая деликатность заставили его быть с нею очень приветливым и внимательным. Неизвестно, во что бы это вылилось, но домой явился её сын, четырнадцатилетний мальчишка, раскованный, самоуверенный и нахальный подросток, рано оставшийся без отца и ставший главой семьи. Таковы были законы Савалы – женщина не считалась здесь сколько-нибудь зрелым существом даже в старости. У неё не было своего имущества, не было права собственности, права наследования и прочих гражданских прав, зато законов, нарушив которые, женщина рисковала подвергнуться суровому наказанию, вплоть до смертной казни, было великое множество. Поэтому и в этой семье бразды правления были формально в руках подростка, который в данном случае относился к этому очень серьёзно. Увидев похорошевшую мать в обществе чужеземца, он взъерошился и напрягся, но Ив быстро сумел растопить лёд и разговориться с ним, выспрашивая про город, его жителей и пришельцев, которых, по его словам, никогда не видел, но очень хотел бы. Мальчишка тоже не устоял перед его обаянием. Чужеземец был не страшный, улыбчивый, с приятным голосом и хорошим взглядом; но при этом выглядел он довольно круто со своей странной и красивой татуировкой и оружием, впечатлившим бредившего такими вещами пацана.
– Что это за зверь? – Спросил он, указывая на волка.
– Это красный волк моей родины. – Ответил Ив. – Символ моей Касты.
– Крутой. – Одобрительно заметил мальчишка. – А можно посмотреть твой клинок? Я таких никогда не видел. Он острый?
Вместо ответа Ив подбросил в воздух платок, который попросил у хозяйки, и поймал его клинком. Платок распался на две половинки, которые упали на пол. Глаза у мальчишки стали круглыми от завистливого восторга.
– Я слыхал, что на юге бывают такие мечи. Это волшебство?
– Что такое волшебство? – Удивился Ив.
– Колдовство, магия.
– Я не знаю, что это. Это особый сплав нескольких металлов, и лазерная обработка поверхности. Впрочем, это сложно. – Спохватился он. – А не мог бы ты проводить меня к посольству? Мы бы посмотрели откуда-нибудь из безопасного места…
– Конечно. – Мальчик готов был теперь ради чужеземца на всё. Мать не хотела отпускать их, но предлога выдумать не могла, и ей пришлось удовольствоваться просьбой Ива позаботиться о его брате, который совершенно не понимает языка и нуждается в заботе.
По дороге мальчик рассказал Иву про своего отца, который тоже изготавливал оружие – арбалеты и болты к ним, – про то, как тот умер, и про свои проблемы после его смерти.
– Ещё у меня сестра есть, Колотушка, – говорил он, – беспутная совсем. Мамка уже её домой пускать не хочет, но я запрещаю. Может, отдам её замуж, пока красивая. Так-то она ничего.
– Почему мать не хочет пускать её домой?
– Путается с кем попало. А два дня назад я её видел, так она связалась с какими-то пришельцами, вроде, такими же, как остальные, но они что-то хотят сделать лорду послу, не старому, мы его не видали никогда, а молодому, тому, который пьянствует во Внешнем городе.
– Пьянствует? – Повторил Ив слово, которого не понял.
– Куролесит в кабаках и борделях. – Мальчик подпрыгнул, довольно удачно копируя кинтанианский боевой приём:
– Они на него с ножами, а он – р-раз! И вот так! Хоть и пьяный в стельку, а дерётся… как бог. Он классный. Я сказал Колотушке: не связывайся. А она… дура, согласилась. Мне, говорит, нужно только его усыпить. И мне столько отвалят денег, сколько ты во сне не видел. Выйду, говорит, замуж за рыцаря. Может, и выйдет?
– Как она его усыпит? – Резко спросил Ив.
– Ей дали шарик такой прозрачный. – Пояснил мальчик. – Как только он появится у ворот, она подбежит и возьмёт его за руку… Заманит под ворота, и те, другие пришельцы, его подберут. Ему ничего не будет, он уснёт, и всё. Но мне всё рано не нравится это всё.
– Никогда не видела ничего, похожего на савалянские города. – Сказала Тарва. – Хотелось бы погулять по улицам.
– Настоятельно не советую тебе этого. – Возразил Ош. – Поверь, здесь нет ничего, что понравилось бы тебе или развлекло.
