Маркин не подписал ее заявления, и Лена так и болталась полгода и не работая, и не увольняясь окончательно. Он ее отпустил, как выбросил, она ему стала неинтересна и без надобности.
А он ей сделался безразличен во всех ипостасях и смыслах. Пустой бамбук!
– Сильно переживала? – тихо спросил Денис.
Он слушал Ленин рассказ не перебивая, немного ревновал, защитить очень хотелось, ну, навалять этому Маркину – это святое желание, и что-то еще, еще, о чем он не умел.
– Жалела себя, – призналась Лена. – Передумывала заново прожитое, стыдно себя было за глупость. И сбежала от мыслей в Архангельск к друзьям, а там заболела русским зодчеством, потом уж и мебельным направлением. Плохое и болезненное часто оборачивается лучшим.
– Это точно, – согласился весомо Денис. И позвал тихо, протянув ей руку через стол: – Иди ко мне.
– Жалеть будешь? – недоверчиво спросила Ленка.
– Обезболивать, – вспомнил ее вчерашние слова он.
Сдержал слово, «обезболив» медленной, осторожной нежностью, заставив все позабыть и кричать «на взлете»…
Где-то в прихожей запел будильником призывным Ленин сотовый.
– Черт! – расстроилась Ленка, не предпринимая попыток пошевелиться. – Я его на пятнадцать минут шестого выставила, думала, закопаюсь в статье и про время забуду.
Они лежали поперек кровати, опустошенные пережитым, и никаких сил у обоих на данный момент не находилось.
– Надо ехать, – напомнил Денис, не шевелясь.
– Надо, – согласилась она.
Денис сел, подтянул Ленку к себе и усадил рядом на кровати.
– Зоя Львовна, – напомнил он.
– Да, – вздохнула она. – Ну что, выбираемся с одра разврата?
– Разврат мы с тобой еще не осваивали, – не согласился с определением Арбенин.
– Ну, тогда с ложа любви.
– Это мне больше нравится.
В машине Лена, откинув голову на подголовник, прикрыв глаза, добирала телесных и моральных горячих волн.
– Лен, – промолчав продолжительное время, обратился к ней Денис, – ты про субботу не передумала?
– Нет, и Василия Федоровича известила, он ждет.
Арбенин помялся, не зная, как задать вопрос. Как она сказала? «Лучше всего прямым текстом».
– Останетесь ночевать?
– Не получится, – открыла глаза и посмотрела на него Лена. – В свете изучения теории Дарвина, у нас с утра в воскресенье запланировано посещение зоопарка. Что-то там из жизни животных.
– Ясно, – только и сказал он.
Денис надеялся. Он хотел ее всю. Не торопиться никуда, обнять и не отпускать ночь.
Они подъезжали к Лениному дому.
– Поднимешься?
– Зоя Львовна… – начал было Денис и замолчал.
– Понятно. Встреча нежелательна.
И как-то так Лена это сказала, что Денис помрачнел – вот она точно знает, что он не то сейчас сказал и что надо говорить в таких случаях, а он и близко не понимает!
– Да, вернее, нет… – попытка номер два тоже не удалась.
– Словами ты не умеешь, я в курсе, – усмехнулась Ленка, – ты не хочешь, чтобы до твоей мамы дошла информация о нашем совместном приезде.
– Она полезет вмешиваться, – порадовался пониманию Денис.
– Вопросы задавать, – подсказала Лена.
– Да.
– А ты сам пока на них ответов не знаешь, – договорила за него Лена.
– Я знаю! – разволновался Арбенин. – На свои вопросы знаю! Я не знаю ответов на вопросы о тебе!
– Какие, например? – завелась в ответ Ленка. – Которые не задаешь?
– Спрашиваю, только почему-то у себя! – злился Денис.
– Ну и не расстраивайся! – миротворила Ленка, вмиг остыв. – У всех так! Все боятся разочаровываться. Помнишь, ты в кафе мне сказал: «Это когда ожидания не сбываются». Я тоже боюсь. Давай бояться вместе?
– Давай лучше вместе перестанем бояться, – предложил свой вариант Денис, усмехнувшись.
– Мы попробуем, – пообещала Лена, – останови здесь, не надо к подъезду.
И, перегнувшись, полезла на заднее сиденье за своим барахлом сумочным.
– Я заеду за вами в субботу, часов в десять, – оповестил Арбенин.
– Может, до субботы мне машину починят, – с большой долей сомнения предположила Лена.
– Лучше я вас заберу, – настаивал Арбенин.
– Ладно, – легко согласилась она.
Денису казалось, что после того, что они тут наговорили, Ленка попрощается вежливо и уйдет. Ему хотелось иного, но он смирился, им пока нелегко открыто, что уж теперь.
Но она снова сделала все не так, как он предполагал, который уже раз удивив и поразив Арбенина. Перетащив сумки себе на колени, стукнув по ходу углом ноутбука Дениса по плечу, Лена наклонилась к нему и поцеловала, по-настоящему, сильно, нежно, и долго не отпускала.
А он принимал, задвинув тревоги и сомнения куда подальше, отвечал и расплавлялся в благодарной нежности.
– Все! Пошла! – оторвалась от него Лена, сияя глазами золотистыми. – А то прямо в машине до греха дойдем!
– Иди, – отпустил он, – а то дойдем.
Пятница прошла у Елены Невельской под девизом: «Ударим по бесхозяйственности!». Пользуясь негаданно выпавшим свободным днем, Лена принялась мыть, стирать, устроила генеральную уборку и чистку. Приготовила обед, которым накормила Ваську с друзьями. Делом рук своих осталась довольна, собой – нет!
А потому что дела рутинные, монотонностью своей поощряли думы-размышления, которые отказывались слушаться Ленкиных приказов нишкнуть и не высовываться!
