<p>Найман Анатолий</p><p>Кратер</p><p>* * *</p>В декабре девяносто девятогона краю белоснежного кратерамы стояли. А кто это — мы?А такие ребята из Питера,двое-трое, ну максимум пятеро,обступившие скважину мглы.А вокруг из тумана и зелениурожай новогоднего семениколыхался, как воздух в жару,и земля, как больная жемчужина,вся в испарине мелкой, простужена,бормотала одно: не умру.— Не умрем! — восклицали мы Северуи стучали по голому дереву.Не умрем, потому лишь, что — мы!Хоть отверстие рваное в кратереизъязвляло сердца — как в фарватерепенный след лишая у кормы.Вздору было с добром — но и главного:нимб святого на гравий для ангелашел, чтоб вымостить тропку в садумонастырском — где сплошь гладиолусы,завиваясь, вплетались нам в волосыв девяносто девятом году.Горизонт расширялся поблизостине к простору, однако, а к лысости,отчего мы спадали с лица.Но казалось: немного усилия,и распустится кратер, как лилия,и столетью не будет конца.<p>* * *</p>Надвигается судьба,как летящая над мореммноголюдная арба,цифровой безглазый голем,как набитая травой,но и пневмой, но и лучшейсхемой тела цифровойжизнь — точнейшее из чучел.И, как под ноги коверпламени на шкуре тигра,выстилает свой узорсыфр к алифу, к цифре цифра.Но в любой резной щелимежду ними поместитьсялезет масса: не нулии не целое, а — лица.И особенно одноотчуждается от формул,будто серое ряднобелым шелком кто продернул.Ниже, ниже колесорока. Шлейф событий рвется.Ближе, ближе то лицо,и неотвратимей сходство.Числа мечутся. Но бунтих — игра. Они орнамент:номер рейса; дата; пунктназначенья; и — кем нанят.<p>Hospitium</p>Ближе к старости в место глухое,в городишко случайный хотел бы уехать,где есть парк и канал и где за полночь лебедьо последнем рыдает покое.Где в витрине аптеки пробиркиэликсиров цветных и целебных сиропов,и гуляет по площади местный философ,чтобы ровно в четыре пройти мимо кирхи.Здесь уже не сложу я из жизни мозаик,потому что не знаю имен и историй,потому что (зачем лишь и ехать-то стоит)и меня ни одна здесь собака не знает.Только ветер румянит мне щеки,ветер юности, нежно-неистов,тот, что гонит по парку, как листья, туристов,тот, что сводит с былым, а не с будущим счеты.Остальное — покой. От артерии к венешепот крови: оставьте в покое.Чтоб, хорошее так же любя, как плохое,обгонять хоть на малое время забвенье.<p>Софье шесть лет</p>
