Древний город Авендан не жалует гостей… Одно неверное, сгоряча принятое решение — и петля уже готова затянуться на твоей шее. Если ты родился под счастливой звездой, сможешь выбрать и иную судьбу. Ведь долгий утомительный путь, вечный дождь и ледяной ветер все же лучше, чем верная смерть. Тебя ждут волчьи ямы, черные затягивающие омуты, обманные миражи и хищные твари, когда-то бывшие людьми. Попутчиков не так много, и все они преследуют свои цели, далеко не всегда совпадающие с твоими. Сможешь ли ты пройти до конца?
Журнал "Самиздат"
Размещен: 13/02/2009, изменен: 17/02/2009. 711k.
Переведён в формат fb2 из kd_prt1_ch1.shtml 10/04/2009.
Роман: Фэнтези, Мистика
Аннотация:
ЗАКОНЧЕН.
Древний город Авендан не жалует гостей… Одно неверное, сгоряча принятое решение — и петля уже готова затянуться на твоей шее. Если ты родился под счастливой звездой, сможешь выбрать и иную судьбу. Ведь долгий утомительный путь, вечный дождь и ледяной ветер все же лучше, чем верная смерть. Тебя ждут волчьи ямы, черные затягивающие омуты, обманные миражи и хищные твари, когда-то бывшие людьми. Попутчиков не так много, и все они преследуют свои цели, далеко не всегда совпадающие с твоими. Сможешь ли ты пройти до конца?
В темном глубоком небе скалились девять лун. Бледные отсветы колыхались на волнах, неспешно ползли по мокрым утесам. Море билось о каменистый берег.
На исходе веков в хоровод девяти лун стремительно вступила десятая, самая маленькая и яркая. Танец ее был быстр и яростен — и короток. Она упала вниз, прочертив в небе огненную полосу. Скалы вздрогнули, море тревожно вспенилось. Далеко на западе вспыхнуло пламя и низкий, тяжелый стон прокатился над землей. Отголоски потонули в темных волнах, а когда стало тихо, из моря медленно и нерешительно поднялось солнце. Юное и светлое, оно напитало море синевой и согрело черные камни.
Девять лун под сверкающим взглядом солнца сжимались, таяли, пока не рассыпались космической пылью. Их прах смешался, переплавился, и возникла новая луна — туманно-серебряное зеркало над землей.
Начиналась новая эра.
Через миллиард лет после падения десятой луны мальчик лет тринадцати чистил песком закопченный котелок. Время от времени он плескал на него водой из бадьи, смывал грязь и сажу и снова начинал остервенело тереть. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву старой яблони, играли на воде, превращали брызги в маленькие бриллианты.
Из низкого бревенчатого домика вышла полноватая женщина, сурово посмотрела на мальчика.
— Ты что, до дырок решил протереть?
— Ты ведь сама сказала, должно сиять, как зеркало!
— Да ладно… иди, играй.
Оживившись, мальчик поставил котелок на скамью, помахал матери и зашагал по пыльной деревенской улице. Он пару раз оглядывался через плечо, а когда увидел, что мать зашла в дом, припустился бегом — мимо лужайки, где паслись козы, через сосновый лесок к речке. На заболоченном берегу, под валежиной была хитро запрятана рыболовная снасть. Осторожно оглядываясь по сторонам, мальчик достал самодельную удочку и тихо пошел вдоль поймы, заросшей камышом и осокой.
Там, где река подходила к берегу, буйно разросся можжевельник, ближе к воде — кусты волчьего лыка. Заросли прятали от посторонних глаз глубокий черный омут, над которым мирно отдыхали жучки-водомеры.
Старая ольха низко наклонилась к воде. Иногда глупые рыбы пытались грызть ее ветви, принимая их за особый вид червяков. Мальчик уселся на шершавый ствол и начал готовить удочку, как вдруг шум и плеск ниже по течению заставили его вздрогнуть. Большой отряд всадников переправлялся через речку. Темные плащи, черненые кольчуги, рогатые шлемы. Замерев, мальчик смотрел, как один за другим кони выходят на берег, стряхивая капли воды.
Главарь отряда натянул поводья и всмотрелся в заросли, будто почуял чужое присутствие.
— Ищи! — полушепотом приказал он, и огромный пес потрусил вдоль берега, нюхая воздух.
Удочка упала в воду. Мальчик бежал, продираясь через кусты, спотыкался о валежины. Ветки исхлестали лицо до крови, но он не чувствовал этого. Даже когда пес прыгнул на него и повалил на землю, боли не было, только страх. Собака стояла над ребенком и рычала, пока не подъехал ее хозяин. Тот наклонился с лошади, поднял мальчишку за шиворот и спросил:
— Ты местный?
— Да…
— Хорошо.
Главарь рукой в замшевой перчатке отер кровь с исцарапанных щек мальчика и пристроил перепуганного ребенка впереди седла. Свистнул, подзывая собаку, и пустил коня легкой рысью.
В лесу снова стало тихо и мирно. Лишь ветви сосен качались на ветру и казалось — где-то там, высоко, под самым небом, шумит океан.
Весь день по крышам тарабанил дождь. Постояльцы таверны "Пес и Подкова" собрались в общем зале у камина. В комнатах наверху гнездился пронизывающий холод — древний город Авендан не жаловал гостей. У огня становилось и теплей, и веселей, особенно тем, кто выпил рюмку-другую вишневой настойки. Добыть вишневку, однако, могли только самые терпеливые: безмятежной отрешенности женщины у стойки бара позавидовал бы любой монах-отшельник. Она была немолода, серые глаза выцвели до голубизны, на черном пиджаке с блестками красовались заплатки. Перед ней стояла целая очередь, но женщина задумчиво вытирала кружки для эля.
— Здравствуйте! — довольно громко и не слишком любезно обратился к ней Ральф Коэн, молодой аристократ с кольцом клана на мизинце.
Она медленно перевела на него взгляд:
— Чего?
