Хайду, сын Хашина и внук Угэдэя [3], искусно манипулировал Бараком. Он использовал легко прогнозируемое падение хана Чагатаидов, чтобы захватить власть самому и доминировать над Туркестаном и за его пределами вплоть до своей смерти в 1301 году. Хайду стремился и к трону Чингисидов, хотя немногие за пределами сферы его политического влияния воспринимали эти чаяния всерьез. Он принял титул великого хана, а на специально отчеканенных монетах рядом с эмблемой его вассала, чагатаидского хана Дувы, была выбита его
Харизматичный Хайду захватил воображение расположенных в степи ханств. Хотя, если бы не преждевременная смерть Алгу в 1266 году, он, возможно, удостоился бы лишь сноски на страницах исторических сочинений. Барак продолжал играть мускулами, одержав решительную победу над Хайду у реки Яксарт (Сырдарья)[204], и для обуздания его поползновений в 1269 году в Таласе созвали
Принципиальное значение имело то, что кочевые племена Барака и его армии должны были покинуть города региона, ему не разрешалось входить и даже приближаться к любой урбанизированной территории. Хайду сохранил полный контроль над региональными центрами: Самаркандом, Бухарой, Хорезмом и другими крупными культурными и коммерческими центрами. Когда Барак осознал последствия, документы были уже подписаны и скреплены печатями. Неудовлетворенный, он возобновил набеги – традиционную форму извлечения доходов. Злополучная кампания в Хорасане в 1270 году и нападение на Герат (Хайду всецело одобрил эту авантюру) закончились для Барака катастрофой, позорным отступлением и смертью, возможно, от рук агентов Хайду, которых он принял за обещанную военную помощь. Рашид ад-Дин утверждает, что презренный Барак умер от страха, когда понял, что угодил в ловушку[206].
После ухода Барака с политической арены Хайду консолидировал силы, поглотив остатки армий Барака и казнив всех выступавших против него, в том числе сыновей Барака и Алгу, и недавно воцарившегося хана Чагатаидов Негубека (сына Сарубана, внука Чагатая, прав. 1271–1272). Отныне Хайду сам назначал чагатаидских ханов. Он начал с интронизации Бухи-Тимура (прав. 1272–1282), внука Бури, приходившегося сыном Мутугэну.
Независимое государство Угэдэидов под властью Хайду находилось в зените величия в 1280-е и 1290-е годы, оставаясь больным местом для империи Юань Хубилая. Хайду неоднократно совершал вторжения в Уйгурию и район бассейна реки Тарим и поддерживал иные выступления против Ханбалыка. В 1285 году помощь была распространена и на повстанцев Дрикунг в Тибете, в то время как в 1295 году[207] из-за восстания Наяна, потомка Отчигина, брата Чингисхана, Хубилай-хан застрял в Маньчжурии, позволив Хайду и Дуве начать набег на Монголию, апогеем которого стал захват Каракорума в 1289 году. Хотя юаньским войскам вскоре удалось изгнать захватчиков, обширные районы монгольской родины оставались в руках повстанцев до 1293 года. Это отрицательно сказывалось на доходах и доступе к ресурсам, хотя гарнизоны Хубилая обеспечили ему контроль над районом Енисея.
