Краткий философский словарь полностью

ТОЛСТОЙ Лев Николаевич (1829–1910) – русский писатель и мыслитель. Принципы философской концепции Т. сформулированы им в многочисленных статьях, воплощены в художественных произведениях. Его первые статьи – «Прогресс и определение образования», «Кому у кого учиться, крестьянским детям у нас или нам у крестьянских детей?», – где он подвергает критике устои культуры, определили отношение к нему как к «нигилисту», обуреваемому жаждой отрицания. Впечатление это усиливалось под влиянием его позднейших публикаций «Так что же нам делать?», «Критика догматического богословия», «В чем моя вера?», «Царство Божие внутри нас» и др. В этих работах Т. предстает не просто как обличитель существующих форм социальности, но как пророк, которому открылись новые, не ведомые доселе никому горизонты. Основная тема его размышлений – смысл жизни, смерть и бессмертие, отчаяние и надежда, вера и неверие человека. Продолжением и развитием темы были отношения между человеком и обществом, религией и нравственностью, культурой и государством, социальной деятельностью, искусством и жизнью.

Т. – не славянофил и не западник. Он философ жизненной повседневности, он сам ее часть и ее выразитель. Центральное понятие его философии – понятие жизни. В юности он испытал увлечение Руссо, всю жизнь восхищался Кантом, Шопенгауэр вызывал у него «неперестающий восторг». Ранняя смерть родителей, по его признанию, «впервые поселила чувство ужаса перед смертью». Страх этот преследовал его всю жизнь. Видимо, поэтому «бытие» для него – не философская абстракция, но само человеческое существование, сконцентрированное в точке пространства-времени «здесь-и-сейчас». «Быть» для Т. означает утверждать себя в жизни, структурировать ее и быть воспринятым, найти отклик. «Бытие» означает жизнь в бесконечном многообразии форм ее человеческого восприятия. Поэтому Т. буквально заполняет собой пространство и время своих произведений. Офицер Оленин в «Казаках», меланхоличный Пьер Безухов, изысканный Андрей Болконский и простой русский человек Платон Каратаев в «Войне и мире», помещик Левин в «Анне Карениной», отец Сергий и князь Нехлюдов – всё это отражения многогранной натуры Т.

Для мыслителя внутренняя жизнь человека является той единственной областью, изучая которую можно понять природу социальности в ее многообразных проявлениях. Нравственное преображение человечества начинается в сердце отдельного человека. Мысль, согласно которой Царство Божие находится внутри нас, Т. понимает буквально: стоит только каждому проникнуться этой идеей, осознать свои внутренние устои – и внешний мир станет отражением наших преображенных душ. Состояния человеческой души, индивидуальные нравственные установки человека, многократно умноженные, порождают соответствующие им внешние формы социальных отношений: справедливость или несправедливость, богатство или бедность, правовое общество или бесправие. Всякое внешнее усилие, будь то политическая борьба, революция или другие формы насильственных действий, лишь «умаляет жизнь». Тема неспособности человека охватить и осознать бесконечное множество источников, поводов и причин происходящих событий – одна из основных в «Войне и мире».

Т. не приемлет философию истории Гегеля. Для него смысл истории богаче, нежели движение духа. Но история как собрание голых фактов прошлого также бессмысленна. Сам Т. всегда конкретен в анализе свершившейся общественной предопределенности. Вместе с тем проекция настоящего на прошлое, прерываемая его философскими размышлениями, способствует созданию реальности более значительной и конкретной, нежели просто голые факты безвозвратно ушедшего. На основе принципов понимания истории, выдвинутых Т. в его педагогических статьях, вырос роман «Война и мир». Т. утверждает необходимость нового, «человеческого» измерения истории, «как это иногда делает предание, иногда сама жизнь, иногда великие мыслители и художники». «Истории-науке» он противопоставляет «историю-искусство» как метод, «оформляющий», по-своему структурирующий сторию и тем самым ориентирующий читательские восприятия.

Следуя принципам реализма и правды «истории-искусства», Т. дегероизирует героя, который всегда в чем-то превышает норму человеческого; он сводит личность к простому субъекту деятельности, к анонимному деятелю, который, с его точки зрения, является основой и завершением мира. Личность – носитель вневременной, вечной, не терпящей человеческой единичности морали. Так возникает толстовская идея нравственности как основы, источника всего человеческого мира, как свидетельства бессмертия единичной души, как ее причастности общечеловеческому. Конкретность мышления Т.-художника требует образного эталона идеи нравственности, каковым явилось для него коллективное крестьянское сознание как целокупный «вечный человек».