Краткий философский словарь полностью

Человек, повторяет Ф., призван овладеть собственной природой и преображать хаос в космос. «Космос нуждается в разуме, чтобы быть космосом, а не хаосом». Только в ситуации такого «проективного» отношения к природе, истории, к себе самому жизнь человека становится «актом эстетического творчества». Если спасение зависит от самого человечества, «необходимо обращение знания в дело». Тогда нам открывается возможность сделаться орудием Божественного плана, с тем чтобы осуществить «вечное царство на земле». «Сего ради и создан человек», – заключает свои размышления Ф. Его утопические надежды не знают границ. Смелость его мысли переходит в чистую фантастику, перекликающуюся с научно-техническими идеями конца XX в. Он не боится говорить о «спасении (всей) безграничной вселенной» путем «управления человеком всех небесных миров». Он мечтает об управлении «всемирной силой тяготения, прикрепляющей нас к земле». Он постоянно говорит о «регуляции» человеком «всех систем миров».

Вскоре после смерти мыслителя его идеи получили широкое распространение. В 1914 г. в Одессе был издан сборник, авторы которого пропагандировали философию «общего дела». После 1917 г. появилось направление биокосмистов. Их лозунг: «Смерти – смерть! На штурм Вселенной!». Издавались журналы «Биокосмист» и «Бессмертие». Биокосмист А. Ярославский опубликовал фантастический роман «Аргонавты Вселенной» о полете на Луну с использованием ракетного двигателя. Биокосмисты разрабатывали планы создания «второй природы» (ноосферы), удобной для обитания человека, преобразования природы самого человека, в частности превращения «электромагнитной нервной энергии человека в свет и тепло» (П. П. Лазарев) для осуществления непосредственной связи между людьми; говорили об использовании внутриатомной энергии для регенерации человеческого организма (В. И. Вернадский). Космистами были поэты В. Хлебников, В. Брюсов, В. Маяковский; художники К. Малевич и В. Льюшин проектировали космические корабли и станции межпланетного сообщения. Поэт-имажинист И. Грузинов прокламировал создание «космической поэзии». Популярностью пользовался роман К. Циолковского «Вне Земли», в котором детально излагались технические идеи освоения космического пространства с помощью космических кораблей и «космических колоний». А. Л. Чижевский обнародовал свое учение о воздействии космоса на живое. Большое внимание преодолению смерти уделяли П. Флоренский, А. Богданов, А. Луначарский, Л. Троцкий, философ и математик В. Н. Муравьев, А. Лосев в своем учении об имени («Философия имени»).

ФЕЙЕРАБЕНД Пауль (1924–1997) – американский философ, родился и долгое время жил в Австрии; представитель постпозитивизма; автор концепции «эпистемологического анархизма». Основные работы: «Против метода. Очерк анархистской теории познания», «Наука в свободном обществе», «Прощай, разум».

«Эпистемологический анархизм» Ф. отличается от анархизма как социально-политической доктрины. Политический анархизм отрицает вполне определенные социальные институты с целью реорганизации жизни общества в определенном направлении. Эпистемологический анархизм отрицает приверженность любой определенной программе в сфере науки; эпистемологический анархист не придерживается какой-то одной линии поведения: он может примкнуть на время к научному сообществу, но может и работать в одиночестве, может стать сторонником определенной идеи, но может выступить и в роли разрушителя; он не может себе позволить лишь отстаивание унифицированной формы поведения, унифицированной науки, унифицированных ценностей. Но эпистемологический анархизм Ф. имеет и социальный аспект. Ф. считает необходимым отделение науки от государства, как это произошло в большинстве обществ с религией. Необходимо уничтожить господство науки в деле народного образования, надо предоставить человеку право свободного выбора между наукой, религией, мифом.

Ф. сознательно выступает против классического образа познания. Классическая установка, по его мнению, заключается в следующем: «рационалистически упростить процесс познания, упрощая самих участников этого процесса, строго определить область исследования и отделить ее от остальной истории». Вместе с тем, полагает Ф., человеческие склонности, интересы, идеологические влияния играют более значительную роль в росте нашего познания и науки, чем обычно считают. Поскольку современные критерии научности, далекие от классической строгости, позволяют сосуществовать в одно время различным конкурирующим теориям, то следует отказаться от предрассудков классической познавательной доктрины, надо решиться сказать «всё дозволено», сделать науку открытым выражением человеческих склонностей, желаний, слабостей, открыто связать ее с жизненным миром.