Нынешняя смута и глубокий культурный кризис в России стали возможны после внедрения нового способа господства — манипуляции сознанием. Ломают наши привычки и традиции, логику рассуждений, засоряют родной язык. Мы теряем способность к диалогу и взаимной духовной поддержке, становимся беззащитными от внушения ложных, несбыточных желаний, перестаем видеть реальные угрозы своим жизненным интересам.
Мы — свидетели и участники событий космического масштаба. На глазах одного поколения удалось взорвать и, возможно, сломать огромную суперстрану, СССР. Десять веков эта огромная цивилизация соединяла и уравновешивала два главных блока человеческого мира — Запад и Восток. После первого удара в ХХ веке Российская империя, уже в облике СССР, возродила свои главные черты, вновь обрела свое лицо (правда, умывшись кровью). Но вирус остался в ее организме, болезнь нашла новые уязвимые точки, кризис оказался гораздо тяжелее. Зашаталась и стала рассыпаться одна из опор всего человеческого общежития. В перестройку втягивается, с нарастающим ужасом, весь мир.
По всему видно, что смута надолго, и нас ждут еще невероятные приключения. Слегка переделав знаменитую фразу Хрущева, можно сказать:
«Нынешние поколения советских людей не соскучатся до самой смерти».
И, в отличие от предсказания Никиты Сергеевича, этот прогноз, похоже, сбудется. Тем более что продолжительность жизни при таком веселье быстро сокращается.
Чтобы, сводя счеты с жизнью, не было мучительно стыдно за наделанные нами глупости, полезно нам порассуждать: что же произошло? Почему же мы хотели как лучше, а получилось не как всегда, а как и в страшном сне не приснится. Ведь до сих пор вкладчики банка «Чара» жалуются друг другу:
«Просыпаюсь с надеждой: все это был сон. Не мог же я, такой умный и хитрый, отнести и отдать все мои сбережения жуликам. Добровольно!»
Нет, все это не сон. Да и «Чара» — мелочь. Вернее, не мелочь, а та капля воды, в которой отразилась вся эта перестройка, реформа, демократия и что там еще было у фокусника под шляпой.
Думаю, страсти уже немного остыли, и порассуждать мы можем с пользой и даже со смехом (иногда нервным, но уже не истерическим) — все вместе. И жертвы нашей эпохальной аферы, и те, кто в ней, как ему кажется, сумел поживиться. Таких все меньше, но они есть. Да и не любит человек выглядеть простофилей, вот и хорохорится — я теперь банкир, а я менеджер.
Может быть, наши рассуждения еще успеют помочь нам самим в нашей жизни, наверняка помогут нашим детям — кашу придется расхлебывать им. Да и для истории, для потомков хочется оставить свидетельства очевидцев хоть с какими-то попытками осмысления. И потом, люди мы в основном неверующие (свечки и крестики — это не совсем то), но у большинства свербит тайная мысль: придется ведь ответ держать перед нашими мертвыми. Спросит меня отец, не пришедший с войны:
«Чего вы там намудрили? Объясни, мы тут все гадаем, понять не можем».
Надо же готовиться, нашим предкам речь Горбачева под нос не сунешь: вот, мол, этими истинами увлеклись. У них мышление было не новое, а здравое.
Начнем же понемногу разматывать ниточку, восстановив в памяти историю так, чтобы понять: какими чудодейственными средствами нас убедили сделать все то, что мы сделали. Ведь наворочали мы дел немало, и без всякого кнута и пряника — с энтузиазмом и даже восторгом. Сейчас, задним умом, кое-кто очень крепок. Иные даже хвалятся: я знал! я предупреждал! Эти люди общей картины не меняют.
Во-первых, таких умных было очень немного. Почитайте хотя бы выступления Е.Г.Лигачева, нашего консервативного буки из Политбюро КПСС. Тех же щей, но пожиже влей. А иные предупреждали вроде бы верно, но в такой нарочито нелепой форме, что, похоже, их предупреждения писались в ведомстве А.Н.Яковлева. Вспомним хоть письмо Нины Андреевой. Конечно, писала она сама и искренне, ведомство А.Н.Яковлева только подбирало такие перлы и «по оплошности» пускало в печать.
Наконец, в каждом обществе людей (и даже в каждом стаде) есть сколько-то прирожденных строптивцев, природных диссидентов. Они всегда ворчат и противоречат. Возьмите хоть Солженицына. Мало кто сумел столько сделать для уничтожения советского строя. Наконец, уничтожили, сделали все, как он просил, — опять недоволен. Нет, вы убейте, но так, чтобы было красиво. Чтобы покойничек был розовеньким и улыбался. Думаю, таких вечно недовольных считать свидетельством устойчивости нашего национального разума нельзя.
