Существует легенда о царе Мидасе, не оценившем музыкального гения Аполлона. В отмщение Аполлон наградил царя ослиными ушами. Мидас тщательно скрывал их от подданных. Единственный человек, которому под страхом смерти была доверена тайна царского позopa, был его брадобрей. Однако нести в одиночку тяж кий груз этой тайны оказалось брадобрею не под силу. Тогда он отправился в поле, вырыл там ямку и сказал в нее: «У царя Мидаса ослиные уши». Шить ему стало легче, но вскоре на этом месте вырос тростник. Он шелестел на ветру: «У царя Мидаса ослиные уши», а ветер разнес эту тайну по миру.
Десятилетия я собирал эти притчи и зарывал их в «ямку». Пусть теперь выросший тростник шумит на ветрах эпохи и рассказывает правду о сталинщине. Для Паскаля человек ― мыслящий тростник. Как хрупко это растение и как упрямо живуче. Никаким террором не удалось лишить его свободомыслия. Эти предания ― еще одно тому доказательство.
Ни единый человек не сознался, что ничего не видит, никто не хотел признаться, что он глуп или сидит не на своем месте. Ни одно платье короля не вызывало еще таких восторгов.
— Да ведь он голый! ― закричал вдруг какой-то маленький мальчик...
― Да ведь он совсем голый!.. ― закричал наконец весь народ.
Ганс Христиан Андерсен. Новое платье короля.
— Папа, кто такой Сталин?
— Наш вождь.
― А я думал, вожди бывают только у дикарей...
Мать перед смертью сказала о Сталине: «Жаль, что он не стал священником».
Шолохов о Сталине: «Ходит, улыбается, а глаз как у тигра».
Троцкий: «Сталин ― гениальная посредственность».
Бухарин называл Сталина: «Чингисхан, прочитавший Маркса».
В 1927 году плохо себя почувствовавший Сталин попросил Владимира Михайловича Бехтерева обследовать сего.
После осмотра Бехтерев попросил Сталина выйти для проведения консилиума и сообщил своим коллегам, что случай хрестоматийный ― у «сухорукого пациента» классическая паранойя. В энциклопедии говорится: «Паранойя ― стойкое психическое расстройство, проявляющееся систематизированным бредом... Все факты, противоречещие бреду, отметаются; каждый, кто не разделяет убеждения больного, квалифицируется им. как враждебная личность».
Кто-то из членов комиссии (для этой цели в нее включенный) доложил о диагнозе Сталину. Вскоре Бехтерев неожиданно умер. Врач, делавший вскрытие, установил отравление и даже состав яда. Этого врача арестовали. Семья Бехтерева была репрессирована.
Человек, присутствовавший однажды на заседании Политбюро, рассказывал, что Сталин был рассеян, сидел, рисуя что-то на бумаге. Всмотревшись, этот человек увидел, что Сталин рисует волчьи головы, целую стаю волчьих голов.
Сталин считал, что Иван Грозный великий государственный деятель, но он допускал ошибки: был религиозен и испытывал угрызения совести ― казнил врагов, а потом каялся. В общем, для Сталина Грозный был недостаточно грозен.
Семейная фамилия ― Джугашвили.
Поэтический псевдоним молодого Сталина ― Сосоло.
Среди грузин ― товарищей юности ― Coco.
Партийная кличка и официальная фамилия ― Сталин.
Оппозиция ― Неистовый Виссарион.
Среди лояльной интеллигенции конца 30―50-х гг. ― Хозяин.
Среди лояльной еврейской интеллигенции ― Балабуст (большой начальник, строгий хозяин).
Среди охранников и телохранителей ― Рябой.
Среди заключенных ― Усатый.
Артистическая среда ― Ус.
Ироническая кличка среди интеллигенции ― Отец родной.
Среди военных ― Верховный.
Среди партийной бюрократии ― Главный, Генеральный, Шеф.
Среди грузин-партийцев (до революции и в первое десятилетие после) ― Коба.
Этот внеличностный термин возник вместо слова-табу «Сталин» после разоблачения культа личности ― Ставка. НКВД ― Иван Васильевич (Грозный).
Англо-американские дипломаты, политики, журналисты ― Дядюшка Джо.
В Сталине было что-то бессмысленно жесткое, садистское.
Старая большевичка Полина Семеновна Виноградская рассказывала, что когда у Сталина родился сын Василий, любимой забавой отца было пускать в лицо мальчика дым от трубки. Смеясь, Сталин смотрел, как морщится и плачет от дыма ребенок.
Фельетонист газеты «Правда» Г. Рыклин рассказывал.
В начале 30-х годов состоялась встреча советских журналистов со Сталиным и другими руководителями партии и правительства. Я был на этой встрече. В конце ее мы коллективно сфотографировались. На фото я стоял рядом с вождем.
