Турчинов настаивает: постоянно звучали угрозы о расстреле воинских частей, если будет убит хоть один русский («Будем водить вас с веревкой на шее по улицам»). что касается указа о военном положении, то он якобы был подписан на случай начала полномасштабной войны, но так и не был проголосован Парламентом.
— Виктор Гвоздь, начальник разведки, мне постоянно докладывал о том, что российские войска перейдут в наступление «сегодня ночью». Я даже поначалу сидел в блиндажах на границе, в ожидании события, с кофе да чаем — в районе Чернигова, но после третьей ночи попросил его не по ночам, а хотя бы по утрам мне отдавать такие рапорты.
— Есть мнение, что Указ о военном положении сделал бы проведение референдума в Крыму нелегитимным.
— А он и так нелегитимный! Кого это в то время могло остановить?
Бывший командующий Вооруженными силами Украины Владимир Замана утверждает, что было еще одно заседание, но Юлии Тимошенко на нем уже не было:
— Мы заслушивали доклады. Начал Тенюх, потом Яценюк. Оба повторяли, мол, армия не готова, страна не готова… Я выступил в конце, сказал, что немедленно надо реагировать на вторжение в Крым, озвучил план действий, доложил, какие силы у нас есть на полуострове, предложил объединить их с силами крымских татар. Чу баров и Сенченко меня поддержали.
Но никакого голосования за введение военного положения не было и быть не могло. Теперь понимаю, что ключевые решения были приняты на первом заседании РНБО, стенограмма которого опубликована.
Кстати говоря, Замана убежден: и. о. Президента мог взять на себя ответственность за спасение страны:
— Голосование — глупость полная! Согласно Закону, военное положение вводит Президент и подает его на утверждение в Верховную Раду. Парламент рассматривает вопрос не больше двух суток, но силовики и военные уже имеют право действовать. РНБО — коллегиальный орган, где заслушивают доклады и мнения экспертов, там ничего голосованием решаться не может. Президент может заслушать доклады министров, мнения экспертов, но решение принимает сам. И то, что на РНБО было какое-то голосование, доказывает: люди, пришедшие к власти после Майдана, либо не знают законодательства, либо испугались и не захотели взять на себя ответственность за защиту территориальной целостности и суверенитета Украины.
Еще более жестко об этом заседании РНБО высказался Анатолий Гриценко:
— Це була розмова дилетантів і боягузів, які не знають законів. Не розуміють, як діяти при виникненні терористичної загрози. Для цього й існує Закон про протидію тероризму. За ним ключова роль відводиться голові СБУ. Про це не прозвучало ані слова. Не згадали і про вимогу Закону про оборону, за яким вводиться військовий стан, створюється ставка тощо. Звучали абсолютно несистемні, непродумані пропозиції. Таке відчуття, що це була імпровізація в режимі мозкового штурму. Результатом і стала здача Криму.
Оппозиционный российский политолог Андрей Илларионов так сформулировал проблему позиции Александра Турчинова:
— Тем не менее главную ответственность за непринятие необходимых решений по защите суверенитета, независимости, территориальной целостности Украины несет исполнявший обязанности Президента Украины и секретарь СНБО Украины Турчинов. Его личную вину можно сформулировать в следующих пунктах: Турчинов на заседании СНБО предоставил слово не члену СНБО (но лидеру партии «Батькивщина», членом которой он тогда состоял) Тимошенко, выступление которой в качестве бывшего кандидата в президенты Украины и наиболее влиятельного политика страны в тот момент оказалось во многом роковым для непринятия членами СНБО необходимого решения;
Турчинов пригласил на заседание СНБО не только не члена Совета Тимошенко, но и других лиц, не являвшихся членами СНБО, общим числом, по некоторым свидетельствам, до 50 человек. В таком составе вероятность принятия ответственного решения о противодействии агрессии резко снизилась, не понимать этого А. Турчинов не мог;
Турчинов не должен был обнародовать на заседании СНБО содержание своего телефонного разговора с Нарышкиным, намеренно приуроченного тем к проведению заседания СНБО и явно нацеленного на запугивание и шантаж его членов;
