Мы выбрались на знакомую дорогу. Вот уже вдалеке показались очертания поселения, что раскинулось на окраине леса в долине, напоминающей море. Стоп! Почему море? Откуда там волны?.. Я с тревогой протер уставшие глаза.— Смотри! — крикнул напарник, доставая карабин. — Это что там? Мертвецы?!Я присмотрелся. Твою мать! Это не волны, а колыхающаяся, словно гнилая каша, масса из тысяч зомбаков. Они облепили ворота поселения и пытались прорваться внутрь…
Я огляделся. Рыжий стрелял из карабина где-то в стороне от нас по мародерам и не слышал, как чертов апостол назвал меня по имени. Я раскроил апостолу башку, но чуть-чуть опоздал. Я поднял глаза на Вульфа, он сидел прислонившись спиной к дереву, направив на меня ствол автомата. В его глазах читалось удивление и и гнев.
— Он назвал тебя Велиаром? — прохрипел он, вытаращившись на меня. — Ты Велиар⁈ Ты тот выродок, что создал клан этих ублюдков⁈
— Нет. Что ты, друг? — натянул я улыбку. — Этот придурок со страху нес какую-то чушь. Велиар — это жрец апостолов. Он или погиб, или где-то с этими недобитками в лесах скрывается… Велиар их босс. Зачем бы тогда они нападали на нас?
— Я знаю, кто такой Велиар, — прошипел Вульф, на его виске запульсировала жилка. — Как же я сразу не догадался? Одна из новеньких, кажется ее зовут Энн, говорила, что жрец сатанистов хромал. Ты тоже хромаешь едва заметно, ты называешь себя Вел, тебя узнал апостол, ты пришел к нам один, будто от кого-то скрывался, ты умело дерешься и манипулируешь людьми.
— Я?.. Манипулирую? Да брось, я обычный отставной вояка. Я просто хочу выжить…
— Нет! — замотал головой Вульф. — Не просто… Ты уже стал затворником, а дальше какой у тебя план? Стать главой нашей общины?.. Но у тебя не получится. Я, наконец, тебя раскусил. Ты покажешь нам, где бензовоз, а потом я с тобой разберусь. Одно я могу тебе пообещать. Если ты сдержишь слово и мы найдем цистерну, смерть твоя будет быстрой и безболезненной. Иначе я отдам тебя на растерзание своим людям. Многие из них потеряли родных и близких. Их убили апостолы. Ты их убил!
— Вульф, дружище, какой из меня Велиар? Ты посмотри на меня. Я жалкий инвалид, я работаю на вас за еду и кров.
— Брось ружье…
— Что?.. Оно не заряжено. На нас напали апостолы, нам нужно отбиваться.
— Выстрелы уже почти стихли, — ухмыльнулся Вульф. — Мы почти отбились. Отдай ружье. Или мне придется прострелить тебе ноги… Ну!
— Да, пожалуйста! — я возмущенно отшвырнул ружье в сторону. — Ты не плохой человек, Вульф. Общину крепкую создал, а в людях так разбираться и не научился. Если бы ты сделал вид, что не расслышал слова этого чертового апостола, все могло бы быть по другому.
— Ты признаешь, что ты и есть Велиар?
— Теперь я не Велиар, теперь я затворник. И я останусь с вами в вашей общине.
— Таких, как ты мы убиваем на месте, — зло процедил Вульф. — Но тебе повезло, ты проживешь еще немного, пока ты нам нужен. А потом, я лично казню тебя, тварь…
— Зря ты так, мне очень жаль…
— Твою мать! Ты гребаный убийца! Чего там еще тебе жаль? — Вульф тряс автоматом и еле сдерживал себя, чтобы не пустить меня в расход.
— Мне жаль тебя и жаль, что все так получилось… — спокойно ответил я.
Я вскинул руку и метнул нож, который незаметно вытащил из-за пояса, пока Вульф был ослеплен приступом гнева. Он даже не успел ничего сообразить. Нож вонзился ему прямо в грудь. Он выронил автомат и прошипел:
— Ах ты, сука! Ты убил меня!
— Ты сам убил себя, прости… Мне правда жаль… — я спешно перезарядил ружье, выдернул из его груди нож, отошел на несколько метров и всадил заряд картечи ему в грудь. Выстрел разворотил его плоть, скрыв ножевую рану.
Я вытер нож о траву и спрятал в ножны, взял автомат Вульфа и кинулся на помощь остальным. Затворники уже почти отбились от апостолов. Их остатки скрылись в лесу. Мы прочесали лесок с противоположной стороны дороги и обнаружили несколько трупов мародеров. Раненных среди них не оказалось. С собой они их не могли взять, потому что отступили быстро и одновременно. Значит, они просто их добили. Это обычная практика среди моих подопечных. Так когда-то придумал поступать Мясник. Без раненых наши отряды всегда были мобильны и неуязвимы. Но наше время прошло… Пора сменить клан на общину. Я убью каждого, кто меня опознает и выдаст. Таков закон выживания, таков сегодня мир…
— Где Вульф? — ко мне подошел Рудый.
— Он погиб, — с сожалением покачал я головой. — Хороший был боец и командир.
— Как погиб? — воскликнул один из затворников. — Командир погиб⁈
— Его ранил снайпер, что прятался на дереве над нами. Я убил снайпера, Вульф был еще жив, но кто-то попал в него в перестрелке. Его тело лежит там, под березой, — я махнул рукой в чащу.
— Твою мать! — воскликнул затворник. — Эти ублюдки положили больше половины нашего отряда! И убили командира… Что будем делать⁈ Нужно возвращаться! Я не хочу сдохнуть…
— Отставить панику! — к нему подошел седоусый боец. — Мы идем дальше. Таков был приказ!
В живых кроме нас с рыжим осталось еще трое затворников. Кто-то сгорел в машине, кого-то убили, когда он покидал броневик. Кого-то скосила шальная пуля в перестрелке. Было еще двое раненных, но они потеряли столько крови, что жить им оставалось не больше пятнадцати мнут. Один из них, белый, как снег лежал уже без сознания. Второй еще пытался даже выкурить сигарету с прострелянным животом. Во время очередной затяжки он каждый раз морщился от боли. Раненных экстренно перевязали, но без операции им все равно крышка. Все это понимали и ждали их смерти.
