В этот момент Евстюхов вскрикнул, указывая на воду:
– Рука! Смотрите!..
В том месте, куда он указывал, под водой и вправду виднелось что-то белесое, похожее на человеческую руку.
– Леха, посмотри там, – велел помощнику Конопаткин.
Вымокший и злой Царев заложил по воде крюк, погрузился по грудь, помог себе багром и воскликнул:
– Есть!
– Тащи к берегу, – велел Конопаткин.
На душе у участкового было погано. Он все-таки надеялся, что Игнатова сбежала.
Из воды показались очертания тела и длинные русые волосы.
– Вы помогать будете или прикажете мне одному корячиться? – с обидой спросил Царев, отдуваясь.
Участковый приблизился. Тело как раз перевернулось на спину, открылось лицо. Несмотря на воздействие воды и повреждения, он сразу опознал в убитой пропавшую почтальоншу.
– Ну вот мы дело и раскрыли, – произнес Царев немного растерянно и как-то неуклюже.
Было видно, что он, как и все остальные, чувствует себя не в своей тарелке.
– Да уж, раскрыли, – пробормотал Конопаткин.
С наступлением ночи в Голоштанном светились окна не более чем в десятке домов. Обитатели всех остальных жилищ уже легли спать либо, как девяностодвухлетняя Мария Петровна Зеленова, экономя электричество, передвигались по дому в темноте, со свечой или с фонариком, заряженным днем. Никто не обратил внимания на то, что собаки в селе вели себя куда беспокойнее, чем обычно.
Кавказская овчарка Егора Кузьмича Опарина сразу почувствовала присутствие чужаков. Пес встал, звеня цепью, понюхал воздух и зарычал, готовясь облаять нарушителей. Вдруг из-за забора что-то вылетело и шлепнулось в траву перед ним. Кавказец двинулся к неизвестному предмету, ощущая восхитительный аромат свежего мяса, исходящий от него. Пес не мог поверить, что ему привалило такое счастье. Яд не имел вкуса и запаха.
От дома Опарина злоумышленники двинулись дальше. Их было двое, оба в масках. У дома Березенцевых они решили разделиться. Один пошел вдоль дороги, а второй стал собирать осколки кирпича, разбросанные у дома.
Выждав десять минут, он перемахнул через ограду и приступил к погрому. Зазвенели разбитые стекла. Люди внутри отозвались хриплыми воплями. Затем уже залаяли собаки по всему селу.
Диверсант не спеша обошел дом по кругу, выбил все окна и лишь после этого ретировался через двор соседей. В домах вокруг начал загораться свет. Люди выходили на улицу, не понимая, что происходит.
Затем кто-то увидел вдалеке языки пламени.
– Пожар!
Слово разлетелось во тьме, раздуваемое страхом. Жители села засуетились. Они мгновенно определили, что горит амбар у Никитиных. Люди хватали ведра, лопаты, вилы и бежали к зареву. Все понимали, что, пока приедут пожарные, может выгореть половина села.
Иван и его отец были в первых рядах. Они организовали подачу воды к месту тушения пожара. Пламя заливали из наращенных шлангов и ведрами. Люди рубили траву и копали землю, чтобы поставить заслон распространяющемуся огню. Головешки падали вокруг, образовывая новые очаги пожара, которые тут же тушились. В горячем воздухе пахло гарью.
Следом пришла весть, что горят колхозный гараж и склады. Часть людей побежала туда, чтобы втащить технику, но с одного взгляда на постройки, объятые пламенем, было ясно, что спасать там уже нечего.
Зинаида Андреевна по приказу сына осталась дома и не принимала участия в тушении пожара. Она ждала возвращения мужчин, прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи. Окна были плотно закрыты, но запах гари все равно проникал внутрь. От этого по телу женщины бежали мурашки.
Она устала сидеть, выглянула в окно, потом повернулась и обмерла, увидев на пороге двоих гигантов в масках. Ее словно сковал паралич. Зинаида Андреевна не могла пошевелиться.
Один из незваных гостей мягко проскользнул к ней, поднес к лицу пистолет и шепотом поинтересовался:
– Где твой сын?
Зинаида Андреевна молчала. Тогда неизвестный негодяй приставил пистолет к ее виску, щелкнул предохранителем и пригрозил:
– Говори или мозги вышибу!
– Я не знаю, – выдавила из себя женщина, балансируя на грани обморока.
Гигант сделал знак своему напарнику, тот проверил все комнаты, вернулся и доложил:
– Никого!
– Облом. – Здоровяк вздохнул и наотмашь ударил Зинаиду Андреевну по лицу пистолетом.
Сознание оставило ее раньше, чем женщина почувствовала боль от удара.
В это время практически все более-менее дееспособные жители Голоштанного продолжали тушить пожар. Все их усилия сводились к тому, чтобы не дать огню расползтись. Потушить деревянную постройку, забитую соломой и кормами, при помощи ведер и садовых шлангов было нереально.
Через два часа приехали первые пожарные расчеты из райцентра. К этому моменту произошло разрушение конструкций. Пожарникам оставалось только залить головешки. Гараж и склады также сгорели дотла, пока борцы с огнем искали, где отключается электропитание зданий.
Иван с отцом шли домой чумазые и усталые. По селу туманом стелился дым. Начинало светать.
