Открытые глаза, сидячее положение на месте своего ночлега, ещё не говорят о том, что человек проснулся. Не пробудившийся мозг не воспринимает информацию, и постоянная зевота мешает вообще о чём-либо думать. Я протёр глаза и увидел Седого, он лежал на диване и по-прежнему сильно кашлял, Вепрь сидел за столиком и что-то химичил.
Я подошёл к Седому и увидел, что ему, конечно, стало лучше, но изменения были незначительными. В такой момент понимаешь, что саркофаг отнял у нас больше, чем силу – он отнял у нас привычную регенерацию организма. Этот факт был не на руку. Если словить нож, то восстанавливаться будешь как обычный человек, а, возможно, и погибнешь от обычного, для инквизитора, ранения. А с другой стороны – наш враг в тех же самых условиях.
Вепрь подошёл к Седому, осмотрел его и вынес вердикт.
– Да, друг. Ты, конечно, поправишься, но на реабилитацию уйдут недели, и прими тот факт, что эта война для тебя окончена. Пора выводить тебя в обычную жизнь.
– Как? Это невозможно, нынешние послушники кодекса никогда не оставят меня в покое, – с трудом говорил Седой, корчась от боли.
– Оставят… Они никогда не смогут тебя найти, как бы ни хотели, – спокойно объяснил Вепрь.
– У тебя есть план? – Улыбнулся мужчина тридцати лет с пепельными волосами.
– У меня всегда был план, – засмеялся наш спаситель.
Я удивлённо смотрел на спокойного Вепря и на то, что он делал. Сбежать от вечной погони – это было невозможно. Жутко интересно, что придумал этот затейник, а он молча подошёл к шкафчику и достал оттуда круглую металлическую сконструированную платформу.
– Что это? – Протирая глаза спросил я.
– Это? Это наше спасение. Наша дальнейшая жизнь без погони и страха, но всё же жизнь обычных людей, – пояснил он.
– Откуда ты его взял? – Зевая, продолжал допрос я.
– Я его сделал. На протяжении уже почти десяти лет в изгнании и в вечном страхе, я постоянно учился. Я, словно губка, впитывал знания всех областей, что попадались на моём пути, – стоило догадаться, что он ответит именно так, изобретатель-самоучка.
– К чему ты ведёшь? – Встрял в разговор Седой.
– Приблизительно лет семь назад я услышал историю про проект «Радуга» или более распространенное название его – проект «Филадельфия». Слышал о таком? – Вепрь кивнул в сторону Седого.
– Миф о мгновенном перемещении корабля в пространстве? – Посмотрев недолго в потолок выдал мой наставник.
– Да, с экипажем на борту, если быть точным, ну да ладно. Подробности говорить не буду, но, заинтересовавшись этой легендой, я начал копаться в источниках, экспериментировать и сумел-таки через пять лет создать нечто с похожим действием. Телепорт, не отслеживаемый нашим Центром, может перенести одного человека в зависимости от заданных координат. Математика, физика и программирование…
– И сколько у тебя их? – Поинтересовался задумчивый мужчина уже полулежавший, полусидевший на матрасе.
– Всего три. Я давно их подготовил, а также немного обезопасил наше положение.
– Как? – Вставил своё слово я в этот научный разговор.
– По миру я подготовил пятнадцать мест, в которые нас может закинуть телепорт.
– Зачем? – Спросил Седой.
– Я запрограммировал их так, что один телепорт закинет человека в случайное из пяти запрограммированных мест. Куда именно, никто не будет знать. Я сделал это для избежания нежелательного предательства и попытки связи в дальнейшем, – красиво рассказывал Вепрь. – Если дойдёт до того, что надо будет испариться, то и всё прошлое, всех друзей, все проблемы, всё… Нужно оставить в прошлом. Есть, конечно, минусы, но… Эта новая жизнь, без погонь и страха.
– Без сюрпризов нельзя? Понятно, – улыбнулся Седой.
– Ну, один сюрприз в том, что о возвращении в Россию не может идти и речи. Никогда! И инквизитор, прошедший, через телепорт со свободой выбора координат, потеряет свою силу. Безвозвратно! То есть инквизитор станет человеком.
– То есть всё? Это конец…, – подытожил Седой.
– Именно, – заключил Вепрь.
Седой поднял голову, посмотрел на нас, выглядел он, конечно, хреново, затёкшие глаза, засохшая кровь на горле, на груди, грязные волосы, и сказал в ответ на услышанное:
– Да пошли вы оба! – Крикнул он, словно обиделся. Подумал, наверное, что его друг хочет таким образом от него избавиться.
Вепрь добавил:
– Мы следом за тобой… В этой войне нам не светит счастье, не улыбается удача – нам край, поэтому я предлагаю уходить, – спокойно, довольно обречённо сказал Вепрь.
– Я почувствую боль? – Спросил Седой.
– Нет, после телепортации будет тошнить, но ничего, переживёшь, – улыбнулся Вепрь.
Наступила гробовая тишина. Я не понимал, о чём они только что говорили, лично я никуда не уйду, пока Слеш может дышать. Я ему гланды вырву, даже если это будет стоить мне жизни. Я посмотрел на смотрящих друг на друга Седого и Вепря.
Мой учитель, мой напарник, мой друг, мой наставник… Он собирался покинуть меня и на это его толкал его друг и наставник, для его же собственного блага. Мы никогда больше не увидимся. Было грустно, печально. Для него, возможно, уже наступил финал, но для меня – нет! Я ведь имею право на месть… Никто у меня его не отнимет!
***
