Тамара не солгала. Аврора была ее второй половинкой, лучшей подругой, практически сестрой. Когда им сказали про задание — девушки даже не задумались. Важно, что они будут рядом. И будут работать вместе.
Они ведь и правда — сестры. Они давно смешали кровь и поклялись прикрывать друг другу спину. И не так уж важны лица.
Сейчас, когда названой сестры не стало, девушка ощущала тупую боль потери.
Ее нет.
И Аврора никогда не ворвется в комнату. Не повиснет у подруги на шее. Не потащит гулять с воплем: «Хватит зубрить, надо и глазки строить учиться!!!»
Ее нет, и больше никогда не будет.
Слезы хлынули потоком.
Рико несколько секунд смотрел на плачущую кхонку, а потом неловко погладил ее по волосам.
Как-то не довелось полковнику утешать плачущих женщин.
Вот сражаться насмерть — да, а утешать как-то нет… пробел в образовании…
— Поплачь, девочка… поплачь, станет легче.
Тамара плакала — и чувствовала себя последней тварью Чернобога.
Потому что в мозгу, несмотря ни на что, холодно и неотвратимо щелкали костяшки на невидимых счетах:
«Я ему понравилась.
Он увлечется.
Будет доверять.
Легче приблизиться к Вайндграсс…
Задание будет выполнено в кратчайшие сроки.
Прости меня, Аврора. Рошка, сестренка, нас вырастили такими гадинами… все для Русины».
Род простит, Чернобог не осудит.
— Капитан Вайндграсс…
Калерия сверлила преданным взглядом сидящего перед ней генерала. Цельного генерала не пожалели — ее допрашивать…
Несмотря на все свои приключения, Калерия оставалась капитаном ВС НОПАШ. И обязанностей с нее никто не снимал.
Надо было отчитаться, а потом — уволиться. По инвалидности, по выслуге лет или как-то еще… В идеале — по инвалидности, как ветеран боевых действий.
Калерию, конечно, мучил вопрос — признают ли чинуши ее плен у Сарна достаточным основанием для увольнения на почетную пенсию… Но ее всегда можно квалифицировать как военнопленную, разве нет?
— Капитан Калерия Вайндграсс по вашему приказанию прибыла, — отрапортовала она.
— Вольно, капитан.
Генерал с интересом разглядывал стоящую перед ним женщину.
А ведь красотка, ничего не скажешь.
Да, она далека от общепринятых стандартов. В ней нет мягкости, грациозности, плавности, присущей светским львицам, отсутствуют лоск и холеность, но это сильное гибкое тело под грубой формой, эти шикарные волосы, заплетенные в косу, эти высокие скулы, а глаза… хороша, чертовка! И понимает, о чем он думает.
Наверняка!
Недаром Сарн на нее клюнул! Есть у пирата вкус… или точнее — был.
Калерия чуть расслабила левую ногу.
— А теперь рассказывайте.
— О чем?
Генерал нахмурился. Явно все поняла — и теперь старается укусить. Обращение в армии — тэр[15] генерал. Так было бы правильно. Калерия же показывала, что она хоть и солдат, но уже вне зоны его досягаемости. Вроде бы как она и почти гражданская.
Может, не отпускать ее?
Ага, попробуй не отпусти. Инферлисты такой визг поднимут, да еще этот Эстевис… вот уж в каждой помойке ворона!
И что он только нашел в этой женщине… или то самое, что и Сарн?
Генерал нарочито похотливо оглядел женщину. Но Калерия осталась абсолютно спокойной.
С тем же успехом он мог пытаться произвести впечатление на железобетонную статую в парке.
Ему и в голову не пришло, что женщина была в бешенстве. Но дрессировка у Сарна не пропала даром. Внешне Калерия напоминала ледяную скульптуру. И казалось, что ее вовсе даже не трогает похоть, почти осязаемо сочащаяся из заплывших жиром глазок.
Внутренне же… она уже перебрала весь армейский лексикон и докатилась до пиратского.
— Как вы умудрились попасть в плен?
— Была ранена, потеряла сознание, все есть в рапорте.
И опять нет обращения. Ответ холодно и безразлично прошуршал по комнате.
— Читал я ваш рапорт. Что это такое? «Меня освободила Мисико Накимора… она же убила Готтрана…»
Калерия вздохнула.
Где-то там за стенами здания ее ждала маленькая Аврора, временно доверенная одному из матросов команды Рико. Да, малышка была накормлена, обихожена и уложена спать. Но Лера все равно тревожилась.
Ребенок уже занял прочное место в ее сердце. И плевать, чей он!
Ее!
Ее, Авроры и Иридины. Всех троих. И останься девочки живы — они бы нянчили малышку втроем, Лера была более чем уверена…
Внутри словно пружинка лопнула.
— Тэр генерал, я предлагаю вам подписать мой рапорт и приказ об отставке. Увольте меня в запас, бухгалтерия начислит пенсию, а кое-какие заслуги у меня есть. Квартиру мне уже обещали предоставить. Я просто хочу жить спокойно и воспитывать дочь. Что вам нужно? Я прошла всех психологов, я уже несколько раз беседовала с особистами… если это будет продолжаться и дальше…
— Вы угрожаете?
Калерия пожала плечами:
— Нет. Я — нет. Но полковник Эстевис явно не собирался ждать долго.
Словно в подтверждение ее слов, дверь распахнулась. На пороге стоял Рико.
— Лерка! Ты скоро?! У меня потрясающая новость!
Калерия обернулась, подарила Рико улыбку.
