– Теперь, дорогой друг, я хотел бы кратко проинформировать вас о последних событиях глобальной перестройки мира, где у каждого из нас своя стройплощадка…
Томас Доу, вслушиваясь, как булькают в кастрюле пельмени, проследил за роскошным лимузином, проскользнувшим мимо «стекляшки». Машина остановилась возле Счетной палаты. Из нее вышел импозантный человек с лицом похожим на комок вареного теста, исчез в золоченых дверях. Это был глава Палаты, прошедший тернистый путь демократических преобразований: от маленького политработника пожарной охраны, ответственного за тушение светлячков в ночном саду Президента, до Премьер-министра страны. Теперь он управлял заведением, где множество математиков считали звезды в небе, песчинки на морском берегу, веснушки на лице юмориста Задорного и остатки совести у члена партии «Либеральная Россия», еще не застреленного из ТТ. Мало кто знал, что глава Счетной палаты является членом секретной ложи и сегодня вместе с другими «братьями» станет участвовать в ритуале помазания.
– Итак, – продолжал Томас Доу, – я хотел объяснить вам истинный смысл иракской кампании, о которой в мире ходят небылицы и разнотолки. Это неправда, что во дворцах Саддама Хусейна унитазы из чистого золота. Они на тридцать процентов из платины. Неправда, что американские крылатые ракеты разрушили исторические ценности Вавилона и Месопотамии. Они их чуть-чуть подпортили. На самом же деле с помощью сверхточных ракет мы начертали клинописью на красно-глиняных, обожженных солнцем землях Ирака, как на глинобитной дощечке, текст Хаммурапи: «О страна, приемлю тебя в объятия свои…» В этом можно убедиться, поднявшись в космос на челноке «Колумбия» и прочитав оттуда священную строку…
Прямо из-под кадыка Томаса Доу выходил наружу пищевод, ребристая, кольчатая, полупрозрачная трубка, напоминающая пешеходный мост через Кольцевую автодорогу. Пешеходы двигались в этой мутно-желтой трубе, словно комки плохо пережеванной пищи. Этот пищевод выступал из рубашки и вновь погружался в тело в районе пупка, соединяясь с желудком. Сейчас он был пуст, слегка трепетал перистальтикой, которая перегоняла по нему струйки слюны.
– Все спрашивают, куда исчез Саддам Хусейн, и никто не задает вопрос, а как он возник… Несколько лет назад вы были у нас в гостях на секретном полигоне «Невада». Видели в пустыне вертикально пробуренные штольни, куда мы закачивали слабый настой жимолости, добавляли присадки из пивных дрожжей, вбрасывали в качестве катализатора яичники поклонниц Элвиса Пресли, а потом взрывали в штольне ядерный микрозаряд из «Калифорнии». Тогда вы спросили меня, что все это значит. Я уклонился от ответа, ибо вы, мой друг, еще не достигли тогда должной степени посвящения. Теперь же я вам отвечу. На этом полигоне, используя новейшие достижения биоинженерии, политтехнологии и древние учения о метапсихозе, мы синтезируем политических лидеров…
Им помешали. Нелюбезная девица небрежно поставила перед ними тарелки с лапшой и пельменями, положила бумажные промокашки с пластмассовыми ложками и вилками, подозрительно принюхивалась к Томасу Доу, который сделал в ее сторону выдох из своих глубоких ноздрей.
– В результате ядерного микровзрыва происходит реакция синтеза и получается политический лидер с заданными заранее параметрами. – Томас Доу с аппетитом ел лапшу, заталкивая в рот размякшие волокна. Модельер видел, как проваливается по пищеводу пережеванная лапша, льется бульон. Там, где пищевод соприкасался с желудком, что-то вспыхивало, вскипало, клубился малиновый дым, шло пищеварение. – Каждая использованная скважина сохраняет имя синтезированного лидера. Там есть скважина «Горбачев», скважины «Гавел» и «Валенса», есть штольни «Нарьега», «Маркос», «Ро Де By». На пыльной равнине спрятана штольня «Ельцин». И там же, чуть южнее шахты «Бен Ладен», вы отыщете шахту «Саддам Хусейн». Мы берем с полигона синтезированных нами лидеров, вживляем в политическое тело тех или иных стран. Они действуют в наших интересах, ничего не подозревая об этом. Как правило, рядом с ними находится человек, которого мы называем «активатор». В должное время он активирует синтезированного лидера, и тот послушно отрабатывает завершающий этап программы. Активатором при Горбачеве был Александр Яковлев, при Ельцине – Бурбулис, при бен Ладене – мулла Омар. Активатором при Саддаме Хусейне был Тарик Азиз. Когда наши доблестные войска подошли к Багдаду, Саддам Хусейн был активирован и отдал приказ войскам прекратить сопротивление…
Томас Доу жадно глотал пельмени. Они проваливались по желтоватому прозрачному пищеводу, падали в желудок, и там возникал голубоватый огонь. Начинали сгорать белки и углеводы, и выделяемая при этом температура растворяла жиры.
– Но, простите, куда же тогда делись грозные дивизии Саддама? Его непобедимая Национальная гвардия? Бессчетные танки и пушки? – спросил Модельер, не уверенный, должен ли он знать больше, чем ему положено.
