Нам аккомпанировали наши грусти… Танцовала мгла.Еще секунда и сердце опустит До ног халат.И уродцы смеялись на люстре И на краю стола.И было устало… Как будто в конверте, Мы в зале одни…Время калейдоскоп свой вертит… Я устал от домов и книг.Пусть внезапный бас в револьвере Заглушит мой вскрик!Жизнь догорела, как сиреневый кончик, Вашего сургуча…Страсти все меньше, все тоньше… Плакать. Молчать.Пусть потомки работу окончат: На сургуч поставят печать.
Лианозово.
Пансион «Алтуфьево».
<p>«Вы не думайте, что сердцем-кодаком…»</p>
«Фотографирует сердце».
Хрисанф.Вы не думайте, что сердцем кодакомКанканирующую секунду запечатлеете!..Это вечность подстригла свою бородуИ зазывит на поломанной флейте.Ленты губ в призывчатом далеке…Мы – вневременные – уйдемте!У нас гирлянды шарлатаний в руке,Их ли бросить кричащему в омуте?!Мы заборы новаторством рубим!Ах как ласково новую весть нести…Перед нами памятник-кубик,Завешенный полотняной неизвестностью.Но поймите – я верю – мы движемсяПо проспектам электронервным.Вы шуты! Ах, я в рыжем сам!Ах, мы все равны!Возвратите объедки памяти!Я к памятнику хочу!.. Пустите!Там весть об истеричном Гамлете(Моем друге) стоит на граните.Ломайте и рвите, клоуны, завесы,Если уверены, что под ними принц!..Топчут душу взъяренные аписы!Я один… Я маленький… Я мизинец!..<p>«Порыжела небесная наволочка…»</p>Порыжела небесная наволочкаСо звездными метками изредка…Закрыта земная лавочкаРукою вечерняго призрака.Вы вошли в розовом капореИ, как огненныя саламандры,Ваши слова закапалиВ мой меморандум.Уронили, как пепел оливковый,С догоревших губ упреки…И по душе побежали вразбивкуВоспоминания легкия.Проложили отчетливо рельсыДля рейсов будущей горечи…Как пузырьки в зельтерской,Я забился в нечаянных корчах.Ах, как жег этот пепел с окуркаВсе, что было тоскливо и дорого!Боль по привычке хирургаАмпутировала восторги.
Вадим Шершеневич.
Москва
<p>Хрисанф</p><p>«Не мне золотить канделябром…»</p>Не мне золотить канделябромНебо, где свечи потухли.Иду с человеческим табором,Страсть обращая в угли.Увижу ли урны поправившихИ потолок мой лазурным?Кто мне сердце разбудит на клавишахЧерным ноктюрном?Кто зажжет наверху электричество,Канделябры, и люстры, и лампы?Сойдет ли ко мне БеатричеС твоего лица, как с эстампа?С грустью целуясь, за таборомИду и гадаю пасьянсы.За потухшим давно канделябромВетер каких то субстанций.<p>«Сердце из ветоши!..»</p>
