– Вода здесь другая, – сказал Слава. – И нырять здесь тяжелее, опаснее. А лучше вообще сюда не соваться. Это же не просто море, – он помолчал, обвел товарищей взглядом. – Это одно сплошное Поле Смерти.
– Просто замечательно, – побледнев, сказала Кэт и тихо уселась на железную палубу, обхватив колени и прижавшись спиной к переборке.
– Я не понимаю, – не слушал его Грин. – Так просто не может быть…
– Наверное, плотность у воды здесь другая, – предположил Книжник. – А батискаф на обычную воду рассчитан.
– Полагаешь? – пробормотал капитан. – Но это не объясняет, почему…
Дискуссию прервала мощная волна, приподнявшая аппарат и швырнувшая его в пучину. Экипаж «Касатки» едва устоял на ногах.
– Ого! – произнес Зигфрид. – И дальше так же будет?
– Будет хуже, – пообещал Слава. – Зря мы не заплатили Харону.
Слава уселся рядом с Кэт, обнял ее за плечи. Книжник поглядел на эту парочку и перевел взгляд на иллюминатор. Маленький стеклянный кругляш у самой поверхности моря словно кровью заливало.
Вот что напоминала эта жидкость.
Кровь. Бескрайнее море крови. Даже запах почудился – тяжелый запах смерти.
«Спокойно! – Книжник пытался совладать с навязчивыми мыслями. – Если Слава прав, и все это – водное Поле Смерти, значит, отсюда и галлюцинации. Главное не поддаваться, держать себя в руках…»
– И люк лучше не открывать, – добавил Слава. – Сейчас начнется.
– Что начнется? – все еще не понимая, спросил Книжник.
Ответа не понадобилось.
Море взревело, будто с цепи сорвалось. Кровавые брызги залили иллюминаторы. Рев волн прорвался даже сквозь крепкий металл. Батискаф швырнуло на один борт, на другой. Люди внутри пересыпались, как горох в банке, пока, наконец, не вцепились в то, что попалось под руку.
Грин при этом снова впал в оцепенение, и это грозило катастрофой.
– Торпеды! – крикнул Книжник. – Они же детонировать могут!
Грин еще больше вжал голову в плечи, тупо вытаращившись на приборы.
– Полный вперед! – прямо ему в ухо заорал Зигфрид. – На Балаклаву! Жми! Быстрее дойдем – больше шансов уцелеть!
– Да, да! – Грин вздрогнул, засуетился. – Максимальный ход – только так можно бороться с волнами…
«Бороться с волнами» – это было сильно сказано. Неуклюжую скорлупку швыряло, как поплавок. Показалось даже, что аппарат умудрился, опрокинувшись, проделать пилотажную «бочку». Книжника вырвало, но никто даже не обратил на это внимания – каждый старался удержаться на месте и не покатиться по полу, сбивая с ног остальных, как незакрепленная корабельная пушка.
А еще в воду рядом с батискафом – если это все еще была вода – били тугие молнии. Гром сливался с ревом ветра и грохотом волн, и казалось, что кто-то там, наверху, сходит с ума от ярости, не в силах попасть молнией в маленький кораблик. Вой электромоторов слился с гулом волн. Грину удалось уловить алгоритм нужных действий, и батискаф медленно пополз вдоль береговой линии в сторону Балаклавской бухты, умудряясь не быть унесенным в открытое море или налететь на скалы.
Сколько продолжался этот «кровавый» ад, неизвестно – семинарист, по крайней мере, потерял счет времени. Он так и не понял, как сориентировался Слава, когда тот крикнул Грину:
– Правь к берегу!
Батискаф неуклюже развернулся в багровой пене и пополз к скалистому берегу. И сразу же буря стала стихать – как будто проходило какое-то болезненное наваждение.
В бухту входили уже при полном штиле. Изгиб береговой черты позволил войти незаметно – бо€льшая часть бухты скрывалась за крутой горой.
– Погружаться пора! – поторопил капитана Зигфрид.
– Пытаюсь! – прошипел Грин. Стукнул в сердцах по приборной панели. – Давай же, ну!
Батискаф нехотя погрузился, издавая при этом подозрительные звуки. Казалось, он погружался неконтролируемо – попросту тонул. Качало, хотя никаких волн не было и в помине. Видимо, и технику здорово потрепало штормом – аппарат плохо слушался управления и приборы показывали какую-то бессмыслицу.
– Держись… – умолял Грин, нервно манипулируя рычагами и вентилями.
– Только бы до поселка дотянуть, – тихо, за его спиной умолял Слава. – У пристани всплыть – там есть куда приткнуться, спрятаться…
Словно в насмешку батискаф затрясся, завибрировал, на голову обильно полилась вода. Мигнул свет, запнулся и завыл с натугой электродвигатель. Вскрикнула Кэт, и сорвавшимся голосом гаркнул Грин:
– А вот хрен там! Всплываем!
Мерзко зашипел воздух, выталкивая воду из балластных цистерн. Аппарат с натугой пошел вверх. В какой-то момент даже показалось, что они не дотянут до поверхности и снова уйдут в пучину, где уже не будет спасительной подлодки – потому что чудо не может повториться дважды. Они просто воткнутся в дно и будут томительно ждать неизбежного конца.
И крохотное суденышко станет еще одной «капсулой времени».
Шипение воздуха оборвалось захлебывающимся кашлем…
– Все, – потерянно сказал Грин. – Воздух кончился. Теперь ждем.
