В коридоре царил полумрак. Воткнутый у самого входа в держатель факел чадил, отбрасывая на стены и ступеньки причудливые тени. У основания лестницы лицом вниз лежал долговязый воин.
– Ермил убил стражника, – негромко произнес знакомый писклявый голос. Зюб стоял рядом, высовывая мордочку из-под плеча Сновида.
– Мне кажется, что он пошевелился, – сказал Павел. – Я спущусь к нему.
– Это опасно. Надо сообщить Бортнику.
– Сообщай. А я пока гляну.
Сновид залез в проем и медленно спустился по лестнице. В сердце кольнуло от нехорошего предчувствия. Он присел и перевернул воина на спину. Это был Антип Тощий. Когда Павел приподнял ему голову, Антип застонал и приоткрыл веки. Потом шевельнул губами и прошептал:
– Сновид… ты извини… я из-за брата… Ермил…
В конце коридора раздался шум. Павел взглянул туда и увидел приближающегося лейтенанта Крота. Сзади топал, держа в руке бердыш, Ванька Бугай.
– Что тут происходит? – грозно спросил Крот.
– Тут Антипа… Кажется, он тяжело ранен. Но это не я, лейтенант. Клянусь, это не я.
– Разберемся. А сейчас лицом к стене и руки за голову.
Сновид поднялся, выполняя команду Крота. Поворачиваясь боком, он посмотрел в сторону дверцы. Проем был по-прежнему открыт. А вот спир исчез – словно растаял в сумраке…
– Значит, Егор, ты закрыл люк и оставил Бугая на посту? – спросил Ворон.
– Да. Потом мы вынесли Тощего в тоннель, и я позвал дозорных.
Они находились втроем в, так называемом, каземате – небольшом подвальном помещении под Северной башней. Крот доставил туда Павла, а затем сходил за Ринатом. После чего Сновид рассказал все, что мог рассказать: и о своих злоключениях, и о показаниях Ермила.
– Как состояние Антипа?
– Тяжелое, – ответил Крот. – Его ударили стилетом под лопатку. Но лекарь говорит, что шансы есть. Повезло, что в сердце не попали.
– Павла сюда вели под конвоем?
– Как положено, даже руки связали. Я не мог иначе, Ворон.
– Ты все сделал правильно.
Подвал разделяла на две камеры стальная решетка. В основном в каземате содержали проштрафившихся тоболяков и, иногда, пленных. Потому и разделили помещение на две части – чтобы тоболяки не подрались с чужаками. Здесь отбыл свой кратковременный «срок» Бортник.
Но сейчас обе камеры пустовали. Если не считать Сновида. Он сидел на топчане и ждал, что решит Ворон. А тот стоял перед решеткой и задумчиво поглаживал черную бородку.
– Как ты думаешь, Павел, где сейчас Бортник?
– Думаю, где-то около будки. Караулит Ермила и ждет меня.
– Уверен? – Ринат взглянул на племянника исподлобья.
– Уверен, – твердо произнес Сновид.
– Что же, проверим твою уверенность. Лейтенант, у меня для тебя срочное задание. Особо важное и особо секретное. Понял?
– Понял, директор. – Крот, сидевший на краешке топчана, вскочил, демонстрируя готовность «номер один».
– Возьмешь двух особо доверенных бойцов – подчеркиваю, особо доверенных – и сходишь к потайному лазу, – сказал Ворон. – Твоя задача. Первое – выйти на контакт с Бортником. Второе – провести Бортника и Ермила сюда в подвал. Но провести тайно, чтобы никто не знал, кроме твоих бойцов. Даже Бугай не должен видеть лиц Бортника и Ермила. Поэтому накинешь на них какое-нибудь тряпье. Задание понятно, лейтенант?
– Понятно.
– Исполняй.
– А я? – спросил Павел.
– Чего ты?
– Можно мне с Егором сходить?
– Нет, нельзя, – отрезал Ринат.
– Но почему? – возмутился Сновид. – Я что, арестован?
– В настоящий момент «да». А дальше посмотрим. И давай мне без лишних разговоров.
Крот вышел из подвала, напоследок кинув на Павла сочувственный взгляд. Едва он захлопнул тяжелую металлическую дверь, как Сновид вскочил с топчана.
– Дядя, я не понимаю. Как можно…
– Сказано тебе – молчи! – оборвал Ворон. – Во-вторых, я тебе не дядя, а директор департамента. Распустились тут, родственнички. В-третьих… – На губах Рината появилась улыбка, еле заметная из-за усов и бороды. – В-третьих, благодарю тебя и Бортника за огромную помощь, оказанную в целях предотвращения химической атаки шайнов. Если бы не вы… худо бы нам пришлось. И без того трое бойцов погибло. Еще девять получили отравления. Четверо до сих пор в санчасти… Но могло быть гораздо хуже. Благодарю!
– Да меня особо и не за что, – растерянно произнес Павел. – Это все они, «горные». Бортник и Зюб, в смысле.
– Их я отдельно поблагодарю.
– Что, и даже спира?
– Посмотрим. – Ворон отвел глаза и почесал нос. – Если заслужил – получит свое вознаграждение. Еще разобраться надо с этим спиром. В конце концов… Ладно, это не главное. Покажи-ка мне еще раз эти емкости, которые вы у Ермила отобрали.
– Вот, – сказал Павел, доставая из поясной сумки алюминиевые контейнеры. – Ермил сказал, что это яд.
– Открывали крышки?
– Нет.
– И правильно сделали. Если не знаешь, в чем дело, в такие дела лучше не соваться.
Ворон положил один контейнер в карман, а второй поднял перед собой.
