Кремлевские жены полностью

Есть в «Деле» Михайловой показания Алексеева в качестве свидетеля, оставляющие самое благоприятное впечатление. Ни одним словом он не оговаривает Ольгу Стефановну:

«Да, у нас были разговоры по вопросам текущей политики, в них она вела себя всегда положительно, я никогда не замечал каких-либо нехороших настроений.

— Что вам рассказывала Михайлова о своих взаимоотношениях с Буденным?

— Говорила, что у нее установились с ним натянутые отношения на почве ревности.

— Вы хотели донести на Михайлову в НКВД что-нибудь легкое?

— Я категорически отрицаю подобный разговор с Михайловой.

Есть в «Деле» Михайловой «Постановление младшего следователя Курковой от 3 августа 1939 года о прекращении дела и освобождении Михайловой О. С. из-под стражи». В этом постановлении указывается: «…никаких данных для предания суду обвиняемой Михайловой не имеется».

В тот же день в рапорте на имя своего начальника младший следователь Куркова пишет: «Михайлова находится в очень тяжелом, болезненном состоянии. Ее необходимо лечить».

Об этом было доложено Берии, но, несмотря на это и при отсутствии доказательств виновности Михайловой-Буденной в совершении ею какого-либо контрреволюционного преступления, «Дело» на Михайлову в ноябре 1939 года все же было передано Особому совещанию со следующим обвинительным заключением:

«Следствием установлено, что Михайлова, являясь с 1924 года женой Маршала Советского Союза Буденного, своими связями с иностранцами и поведением дискредитировала последнего, а именно:

1. Являясь женой Буденного, одновременно имела интимную связь с артистом ГАБТ Алексеевым, разрабатывавшимся по подозрению в шпионской деятельности (умер). (А. И. Алексеев умер в 1939 году от рака горла. Памятник на его могиле — один из лучших на Новодевичьем кладбище. — Л.В.)

2. Находясь на лечении в Чехословакии, вращалась среди врагов народа, разоблаченных шпионов и заговорщиков Егорова и его жены, Александрова и Туманова (так ведь и Сталин среди этих же заговорщиков вращался! — Л.В.).

Кроме того установлено, что Михайлова наряду с официальными посещениями иностранных посольств имела неофициальные по личному приглашению послов, снабжала итальянского посла билетами на свои концерты и неоднократно получала от него подарки.

Арестованная за шпионаж жена бывшего зам. наркома обороны Егорова и жена бывшего наркома просвещения Бубнова в своих показаниях характеризуют Михайлову как женщину их круга, которая делала то же самое, что и они. О принадлежности Михайловой к шпионской деятельности Егорова и Бубнова специально не допрашивались. Михайлова о наличии у нее подозрительных связей в неофициальном посещении посольств виновной себя признала. Шпионскую деятельность отрицает. На основании изложенного выше «Дело» по обвинению Михайловой направить Особому совещанию на рассмотрение Особого совещания. Младший следователь сержант госбезопасности Куркова. Ноября 1939 года».

Сдалась храбрая Куркова. Сдалась, да и как тут не сдаться, если такой могучий маховик — механизм мужской силы — приведен в движение.

18, ноября 1939 года Особое совещание приговорило тяжко душевнобольную Ольгу Стефановну к восьми годам исправительно-трудового лагеря.

15 августа 1945 года срок наказания Михайловой истек, но она продолжала находиться под стражей. Как видно из агентурных материалов, подшитых к «Делу» Михайловой и поступивших из МВД Владимирской области: «Михайлова, находясь во владимирской тюрьме, заявляла сокамерницам о своем враждебном отношении к советской власти, распространяла клеветнические измышления против руководителя советского правительства и существующего в стране политического строя, а также высказывала, что после отбытия наказания будет продолжать активную борьбу против советской власти. Принимая во внимание, что Михайлова О. С. является социально опасным элементом, она освобождена из-под стражи быть не может… заключить Михайлову в тюрьму сроком на три года».

В апреле 1948 года Ольгу Стефановну этапировали в ссылку.

Есть в «Деле» Михайловой страница в виде письма неизвестного: «Будучи сам арестован в 1938 году, я по окончании заключения в ИТЛ был направлен в 1953 году в Енисейский район Красноярского края. Здесь на строительстве Енисейского дома инвалидов в июле 1953 года я услышал об О. С. Михайловой. Знал ее как жену Буденного, сталкивался с ней на празднествах и банкетах. Она работает уборщицей в средней школе № 45. В попытках заговорить с ней я обнаружил ее болезненную отчужденность, запуганность, боязнь знакомства с кем бы то ни было и явную путаность в воспоминаниях, даже в логике речи. Она ограничивалась короткими замечаниями, что она не виновата, осуждена, как жена маршала, над головой ее ломали шпагу, сама она вела следствие в НКВД, Семен Михайлович сильно болен, никого не принимает, так как ему девяносто четыре года. Михайлова вряд ли одна могла выехать из Енисейска, если бы ее освободили».