Аннотация к книге "Кренделёк" Жила себе Ирка в маленьком городке и горя не знала. Занималась любимым делом, с мамой иногда собачилась, но это так, это ж любя. А потом в один прекрасный день откуда ни возьмись нарисовался Крендель. И заявил, что теперь будет Ирку стеречь как зеницу ока. Пуще собственного глаза беречь обещает. А оно Ирке надо? И вообще: «Чё припёрся?» 16+
– Ирка, твою дивизию, вылезай! Я на работу опаздываю!
– Щас!
Сделав напор в кране посильнее, Ирка, вспомнив модную песенку, принялась её напевать. К счастью, мама за дверью не могла слышать, что в тексте через каждое слово мат.
Горячая вода сменялась холодной, очень быстро помогая проснуться. И за этот импровизированный контрастный душ нужно было сказать спасибо коммунальщикам. Но это ещё ничего. Вот в прошлом месяце, например, без всякого предупреждения из обоих кранов полилась ледяная вода. И это в марте!
– Ирка, я опаздываю!
– Уже!
Свежее полотенце приятно растирало кожу, а крем с нежным медовым ароматом делал её мягче. «Умывашка», тоник, гель для век, крем для лица, «защитка» с SPF…
– Ирка, ты издеваешься?!
– Да выхожу я!
Ещё через несколько минут дверь со щелчком открылась.
– Ты почему так долго?
– Раньше надо вставать, – хмыкнула Ирка и пошла на кухню.
Алиса Витольдовна закатила глаза и, подняв одну бровь, проследила взглядом за дочерью. Та всё ещё была в домашних шортах и что-то напевала.
– Какая приятная мелодия! – Мама сдула с носа упавшую на него прядь светлых волос – руки были заняты одеждой. – Что за песня?
Ирка едва не поперхнулась водой, а граненый стакан чуть не выпал из рук. Если бы её мама, учительница русского языка и литературы, узнала о чём текст, пришлось бы вызывать скорую.
– Не знаю. Слышала где-то.
Алиса Витольдовна пожала плечами и зашла наконец в ванную.
– Сама хоть не опоздай! – крикнула она оттуда.
– Ага!
Наскоро дожевав бутерброд с сыром, Ирка побежала в свою комнату, чтобы приступить к самому важному – макияжу. На него всегда уходило больше всего времени, но оно того стоило. Вскоре (да-да, для девушки потратить на себя полчаса – это совсем чуть-чуть), Ирка «нарисовала лицо», и оно ей очень нравилось. Яркие губы? Зато заметно! Неправдоподобно длинные ресницы? Так глаза же – зеркало души, им рама хорошая нужна.
Ну и в довершение – кольцо в носу. Ох, сколько мама причитала, когда Ирка в пятнадцать лет решилась на пирсинг. Ох, и досталось девушке тогда от учителей в школе. Ох, и пообмывали ей старушки косточки. Ох, и почти каждую неделю вызывали маму к директору (тут стоить отметить, что причиной было не только кольцо в носу, в пупке и, может быть, ещё где-нибудь). Ох, и… Ох, и чихать Ирка на всё это хотела!
Мама работала в другой школе, так что проследить за юной бунтаркой она не могла. Зато и на ковёр её не вызывали. Однако это давняя история. Одиннадцать классов с грехом пополам Ирка окончила, но в вуз или даже ПТУ поступать не стала. А зачем, если её настоящей страстью были ногти? В свои двадцать с крошечным хвостиком девушка была довольна и свой жизнью, и своей работой.
– Ты не опоздаешь? – Мама, уже полностью одетая, заглянула в комнату дочери.
– Не, мне ж идти пятнадцать минут.
Алиса Витольдовна прищурилась:
– Сейчас без десяти девять.
– Й…! – Ирка бы с удовольствием выразилась, но выслушивать вечером двухчасовую лекцию о вреде сквернословия не было ни малейшего желания. – Бегу!
За три минуты девушка натянула джинсы, заплела косу из своих длинных пшеничных, как у матери, волос, надела черный свитер-тунику и умчалась на работу. Самый лучший в городе маникюр никто за неё не сделает!
Ровно в девять ноль один Ирка влетела в салон. А то, что утро чудесное выдалось, птички поют – этим можно будет полюбоваться в другой раз.
– Опаздываешь! – Администратор Верунчик постучала по запястью. Свои крутые часы она на прошлой неделе утопила в унитазе. Как она умудрилась это сделать, история умалчивает.
– Задерживаюсь.
Ирка скрылась в подсобке, чтобы переодеться, и уже там услышала:
– У тебя клиентка через десять минут!
Свитер-туника остался в шкафчике, а его место на Иркином теле занял нежно-розовый халатик с вышитой на нагрудном карманчике надписью: «Ирина». Только так к ней никто не обращался – язык не поворачивался.
В девять пятнадцать самая популярная во всем районе мастер маникюра и педикюра сидела на своем рабочем месте и поджидала первую на сегодня клиентку. Та опаздывала, и Ирка, сложив руки на груди, победно смотрела на администратора. Мол, и чего торопила?
Парикмахер Тося, одноклассница Ирки, тоже пока была без работы, поэтому решила составить компанию подруге и уселась на клиентское место. И только она хотела заговорить, как дверь в салон открылась.
– Добро пожаловать в… – Верунчик нацепила на себя дежурную улыбку, но она тут же сползла с лица.
– Ты погляди, какой крендель нарисовался! – тихонько пробормотала Тося, но, кажется, вошедший её прекрасно расслышал.
Две недели назад
В светлом домашнем кабинете за своим любимым дубовым столом сидел Семён Геннадьевич, успешный предприниматель и известный меценат. В лихие девяностые его знали под прозвищем Сёмка Граната, но об этом уже почти никто и не помнил. Даже ему самому иногда казалось, что всё это было в прошлой жизни.
