– Па! – орала в трубку длинноногая девица, не обращая внимания на толпу, напиравшую со всех сторон. – Да проснись же, па! Опять сериал про киллеров смотрел? Па, тут целый Ад и Израиль! В окно выгляни! Что?! Фейерверк? Ну, па, это даже не смешно. Я еще погуляю часок. Или до конца света, как повезет! Нет, не бомбят. Просто красиво, все на улицах. С миллион будет, точно. Целую, па!..
– Конец света, – брюзгливо прокомментировал случившийся рядом пожилой гражданин. – Конец света, конец звука… Ничего у них нет! А что красиво, это да. Это они умеют!..
В городе, над улицами, проспектами и скверами…
На балконе отеля, забыв обо всем, визжал от радости Знаменитый Режиссер. Подпрыгивал, причмокивал губами, держал рукой спадающие трусы. Oh, Madonna Santa! О, Святая Заступница, спасибо тебе, милостивая и терпеливая! Какое счастье, что Ты надоумила приехать сюда, в эту ледяную тундру к варварам, к милым, хорошим, добрым варварам. Barbara carina! И пусть теперь Голливуд плачет, рыдает и пресмыкается во прахе. Жалкие ремесленники, тупая деревенщина, zotico muto!..
Режиссер смотрел в небо – и видел финал своего великого фильма. Нет, он видел весь фильм, grande, unico! Именно так все и будет, кадр в кадр. Нет, лучше, еще лучше, non rappresentati! Подошедшему секретарю был дарован смачный поцелуй. Не в шею – в покрасневшее ушко.
В городе, где мало кто спал в эту ночь…
Большой Начальник высыпал на стол содержимое домашней аптечки. Долго перебирал лекарства, не найдя нужного, шагнул к подоконнику. В любимом мультфильме его детства симпатичный, пусть и отрицательный персонаж хвастался на весь телеэкран: «А нюх как у собаки, а глаз – как у орла!». Большой Начальник давно понял: такие монологи опасно произносить даже про себя. Однако нюх имел изрядный, и когда днем зазвонил проклятый телефон…
…Из канцелярии Президента. Вежливо, с легким, очень легким оттенком озабоченности. Как, мол, у тебя, мил человек, с обеспечением безопасности? Ведь если что…
Переводчик, встроенный в мозжечок, тоскливо бубнил:
«Уроем, сука! Уроем!..»
Доложил, что есть. Порядок восстановлен, в городе тихо. Правду сказал? Правду! Попрощались, пожелали успехов. «Если что, в асфальт закатаем», – шепнул мозжечок.
Большой Начальник глядел в окно. Незримые персты, скользнув по стеклу, вывели багряной киноварью: «Мене, мене, текел, фарес!»
Уроют…
Не испугался. То ли подействовала выпитая час назад валерьянка, то ли просто надоело бояться.
В городе шел дождь – с раннего вечера, как только погасли последние отблески заката. Зарядил – не остановишь.
Огненный дождь.
– Зато я великана видела, – улыбнулась брюнетка. – Который в парке. Его Кинг Конгом дразнили. Очень вежливый джентльмен, можно сказать, обаяшка.
Сергей понимающе кивнул:
– А я – только рисунок в новостях. Он там на питекантропа из учебника похож.
– Ну что вы! Он…
Не договорила – прижала ладони к ушам.
– Не умрем! Проживем! Не ум-рем! Про-жи-вем!..
Буйная толпа в майках с эмблемой любимой футбольной команды, потрясая трещотками, вынырнула из соседнего переулка. Волосы дыбом, на раскрасневшихся лицах восторг, словно после победы с «сухим» счетом.
– Не робей! Болт забей! Не возьмешь! Сам помрешь!..
Пришлось потесниться, дабы не стоять на пути воплощенного оптимизма. Взяв брюнетку за руку, Сергей отошел к стене. Хмыкнул:
– В самом деле, чего горевать?
– Не сломить! Нам здесь жить! – бодро откликнулись фанаты. – Нам! Здесь! Жить!
Брюнетка, проводив глазами маечников, шмыгнула симпатичным носиком.
– А я и не боялась. В окно выглянула – решила, что ракетный обстрел. Я из Хайфы, у нас такое случается. Стала вспоминать, где здесь ближайшее бомбоубежище. Потом уже поняла…
Она улыбнулась, глядя вверх, в черный зенит, рассеченный золотыми молниями. Молнии били без передышки – немые, грозные, ужасающе яркие. Не достигая земли, они рассыпались тысячами бесформенных капелек. Временами огонь побеждал черноту, и тогда над ночным городом вставал ослепительный Золотой День.
Придя в себя после первого испуга, люди высыпали на улицы. Толпы валили в центр, к древним соборам и конструктивистским небоскребам. Открылись киоски. Наряды служивых занялись привычным делом, направляя и регулируя. На площади с желтым зданием из репродукторов неслись веселые звуки вальса.
Кое-кто танцевал.
Возле площади они и столкнулись: брюнетка и рыжий. Сергей покупал в киоске бутылку «Фанты», девушка – пакет с орешками. Оба посмотрели на небо, друг на друга…
