— Это пустяки и давай на «ты». Мы ведь, наверное, одного возраста.
— С удовольствием, как вам… то есть тебе будет угодно. Только вот спасение жизни — это не пустяк. Кто знает, что бы случилось дальше. А если бы путь звёзд переменился? Такое бывает, мне кажется.
— Путь звёзд?
— Судьба. Предопределение. Но нынче это неважно. Теперь я понял, что Ириада во всём, во всём права, — глаза Назира слегка увлажнились. — Она великая! Да, да, великая! Теперь я верю…
— Ты говоришь загадками, — заметил я с мягким укором.
— Прости…
— Кто такая Ириада? И вообще, кто ты такой, из какого племени? Ты… человек?
— Я луриндорец, житель Луриндории. Мы, луриндорцы, внешне похожи на людей, но внутренне совсем другие. Наш срок отмерян.
— Да наш, в принципе, тоже, — усмехнулся я.
— Но ваш не так, — покачал головой Назир. — Прости, я мало наблюдал за людьми, мало с ними общался, но мне кажется, что у вас слишком много случайностей. Вы можете умирать… случайно.
— А вы?
— У нас неуязвимость до смертного часа. Иными словами, нас нельзя умертвить ранее срока. Мы бессмертны до смерти.
Я поморщился, с трудом разгадывая смысл одновременно простых и невыносимо сложных фраз.
— Плохо понимаю, Назир.
— Это не так уж и важно.
— Нет, ты объясни, мне ведь интересно.
Назир улыбнулся.
— Ну, хорошо, — он помолчал. — Представь, что у нас обоих спрятаны под одеждой ножи. У тебя нож и у меня. Если я выхвачу свой нож и ударю тебя в сердце, полагаю, ты умрёшь. А если мне суждено умереть в — пусть это мало — двести десять лет, как бы ты не старался, ты не сможешь меня убить. В любом случае, моя рана заживёт, а голова, отрубленная мечом, прирастёт вновь. Это и есть неуязвимость до срока.
Я слушал с громадным любопытством.
— Поэтому тебя и привязали к дереву, зная, что ты луриндорец?
— Меня луриндорцы и привязали.
— Как? За что?
Назир улыбнулся светлой улыбкой.
— Не «как» и «за что», а «для чего». Я был привязан, чтобы встретиться с тобой. Ради нашей встречи и этой беседы я пострадал. Теперь-то я всё понял. Ох уж эта Ириада, настоящая волшебница!
Заметив на моём лице недоумение, Назир поспешил всё объяснить.
— Ириада — гадалка, прорицательница, оракул, наша Пифия. Когда-то давно она была при короле главной прорицательницей, называла тем, кто хочет, срок, отмеренный им. Но уже много лет она живёт одна, сверженная со своего престола, и на её месте другая прорицательница, глупая французская ведьма, обворожившая короля. Ириада носит в своём сердце обиду на короля, но обида эта не затуманила её внутреннее око. Она почуяла опасность для трона и всей Луриндории, начала собирать сведения и через таких людей, как я, вскоре узнала, что младший сын короля замышляет переворот. Ириада переманила меня на свою сторону, и я делился с ней всем, что слышал среди охраны Рида. А совсем недавно она предрекла мне, что я должен буду пострадать за её дело. По её наущению я пошёл к Риду и объявил, что не намерен больше охранять предателя, что я всё знаю и завтра иду к королю. Рид обрадовался моей глупости, услышав, что я собираюсь идти к королю на следующий день, и ночью подослал своих верных слуг. Они схватили меня, избили, тихо выволокли из Крепости и за несколько десятков вёрст от неё привязали меня к дереву.
— Погоди! — вскричал я. — Ты сказал «Крепость»?
— Крепость Луны или Луриндория — это одно и тоже, — удивлённый моим внезапным порывом, ответил Назир. — А что такое?
— Нет… ничего… — пробормотал я, безуспешно пытаясь привести в порядок мысли. Я был поражён тем, что в эту историю со своими снами или видениями попадает ещё и Денис Ярый.
«А если это только совпадение? Я ведь не знаю, какую крепость видит Денис. Быть может, Якорь ведёт его в совсем другую крепость или замок?»
— Тебя пытались убить, оставив привязанным к дереву? — продолжил я разговор, но мысли всё равно бросались из стороны в сторону.
— Да. Надо сказать, это самое лучшее и самое страшное средство умерщвления. Плоть, которая всё-таки более уязвима, чем дух, отделяется от него и поддаётся тлению. А дух, расставшись с плотью раньше срока, начинает свой долгий путь в сумраке, лишь через сотни лет обретая истинный покой. — Назир помолчал. — Но Ириада ободряла меня. Она говорила, что я буду спасён человеком, который ищет пропавшую девушку по имени Ольга.
— Так и случилось, — улыбнулся я. — Мне нужно найти девушку по имени Ольга. Стало быть, ты знаешь, где она?
— Она у Рида. Рид похитил её.
— Зачем же? — воскликнул я.
— Чтобы жениться на ней.
— Жениться?! Разве у вас мало девушек? Неужели ему надо было… Постой! Он ведь — сын короля, верно я понял?
— Совершенно верно, Николай.
— Сын короля не может жениться на простой девушке, а Ольга…
— Здесь есть тайна, — перебил меня Назир, — тайна, которую мы пока не можем знать. Так мне объяснила Ириада.
— Тайна, которая связывает Рида и Ольгу?
— У меня рука не поднимается обвинять эту несчастную девушку в чём-то преступном. Судя по тому, как о ней говорила Ириада, Ольга ни в чём не виновата и не догадывается, почему выбор пал на неё. Это тайна, которую знает только Рид.
— Рид похитил её два с лишним месяца назад.
— Да.
