– И что же? – заметил цинично поручик. – Ваше смущение очень странно, милая. Неужели вы не знаете, как надобно понравиться мужчине?
– О чем вы говорите? – растерянно вымолвила она, внезапно поняв, что они находятся в конце липовой аллеи, недалеко от высоких кустарников, за которыми уже видна река. Первоначальное желание Груши пройти через увитую зеленью арку, ведущую к реке, которая находилась впереди между плотным рядом деревьев и кустарников, вмиг испарилось, поскольку она боялась, что Пазухин последует за ней в это пустынное место.
– Вам и делать ничего не надобно, – продолжал развязно Пазухин. – Ибо ваш ротик сам простит о поцелуе.
В следующую секунду он придвинулся к девушке и, цепко схватив ее за локоть, притиснулся вплотную.
– Отпустите! – выпалила испуганно Груша, еще никто не осмеливался так нагло обращаться с нею.
– И не собираюсь! Вы, любезная, должны радоваться, что я прикасаюсь к вам, а не кочевряжиться, – вымолвил Сергей нагло, кода Груша стала вырвать из его цепкой ладони локоть. – Приходите сегодня вечером ко мне в комнату, обещаю, довольны останетесь!
– Пустите! – уже в истерике воскликнула Груша.
– Еще чего, – уже сквозь зубы процедил Пазухин, разозлившись оттого, что эта наглая крепостная девка посмела сопротивляться. – Ну хорошо, не хотите в мою спальню, тогда к реке приходите. Мы и там хорошо позабавимся, на бережку. Я денег вам дам, и немало.
Груша не поняла, что значит позабавиться, но отчего-то ей подумалось, что Пазухин говорит об интимной близости. Эти гадкие намеки и наглое поведение Сергея в конец напугали девушку. Она начала уже с силой отталкивать поручика, желая только одного – немедленно убежать от него. Именно в этот момент из-за зеленой арки со стороны реки на дорожке появились Татьяна и Константин. Едва увидев Пазухина, который уж больно близко стоял к Груше, а рука поручика бесцеремонно сжимала локоток девушки, Урусов нахмурился. Он заметил, что та очень бледна и испугана. Едва Сергей заметил Урусовых, он нехотя отпустил локоть Груши. Отчего-то Константин отчетливо понял, что тут происходило до их появления. Он без промедления приблизился к Сергею и Груше, практически волоча на локте сестру, и воскликнул:
– Серж, приветствую тебя, еще не виделись сегодня!
Пазухин зло взглянул на Грушу, которая тут же отошла от него на безопасных три шага, и медленно перевел взор на Урусова, улыбнувшись князю.
– Доброго дня, Константин. Доброго здравия и вам, Татьяна Николаевна, – галантно произнес Пазухин.
Княжна глупо захихикала и, кокетливо посмотрев на поручика, проворковала:
– Такой чудесный день, как раз для прогулок! Не правда ли, Сергей Романович?
– И я об этом говорю! Но Аграфена Сергеевна не согласна! – воскликнул Пазухин, бросая недовольный, алчный взор на Грушу. – Я приглашал Аграфену Сергеевну на прогулку к реке, а она никак не хочет, – вымолвил поручик, как-то плотоядно ухмыляясь. Двусмысленная фраза Сергея с гнусным намеком мгновенно разозлила Константина. К тому же он заметил быстрый затравленный взгляд Груши, брошенный на Пазухина. Утвердившись в своих предположениях, Урусов помрачнел и властно произнес:
– Не думаю, что в сию пору стоит идти к реке. Там сильный ветер. – Константин увидел, как Груша с благодарностью посмотрела на него. Он тут же расцвел, понимая, что правильно понял ситуацию, отчего явно выглядел в глазах девушки спасителем. – Татьяна, ты же хотела показать Сергею оранжерею?
– Ах да! Вы хотели бы, Сергей Романович, посмотреть мои цветники? Подскажите, что еще следует посадить, – улыбаясь, вымолвила княжна.
– Как, Татьяна Николаевна, неужели вы сами, своими нежными ручками высаживаете цветы? – удивленно сказал поручик, устремив взор на княжну. Татьяна зарделась и пролепетала:
– Нет, конечно. Груша и Лукерья присматривают за ними. Им-то делать нечего. А я все время в заботах.
– Да, да, понимаю, – произнес Сергей и добавил: – Я так хочу посмотреть на эту вашу оранжерею. Вы составите мне компанию, Татьяна Николаевна?
– О, конечно же, – прошептала Татьяна, замирая от радости. Поручик галантно подставил княжне локоть, и уже через минуту они удались по аллее в сторону дворца. Едва молодые люди отошли на довольно приличное расстояние, Груша обратила взор на Урусова и тихо произнесла:
– Я так благодарна вам, Константин Николаевич. Месье Пазухин, он столь… – она замялась, не зная, как сказать о наглости поручика.
Константин ласково улыбнулся девушке и, приблизившись к ней вплотную и чуть наклонившись, тихо сказал:
– Ничего не говорите. Я все понимаю…
Он очень долго пристально посмотрел ей в глаза, и уже через миг Груша отметила, как серебристый взор князя переместился на ее губы. Она смутилась и опустила взгляд. Видя ее трогательное смущение, Урусов нахмурился и спросил:
– Вы позволите мне прогуляться с вами, Грушенька?
Чувствуя в голосе князя властные нотки, Груша, как и обычно наедине с Урусовым, не осмелилась сказать нет и вымолвила:
– Как вам будет угодно…
