Полковник ФСБ Логинов получает не вполне обычное задание. Ему нужно вычислить и обезвредить группу боевиков с Западной Украины, которая готовит теракт против известного священника Русской православной церкви отца Вениамина. Но дело крайне осложняется тем, что Логинов не знает, кто именно из боевиков будет исполнять теракт. Значит, ему придется ждать, когда боевики обнаружат себя. Но когда это происходит, полковник понимает: ему противостоят не просто боевики, а матерые волки…
Телевизор в кабинете протосинкела отца Романа Кубийовича был настроен на «5-й канал», который транслировал в Украине выпуски новостей и передачи «Голоса Америки». Стоя на фоне весьма небольшой толпы, корреспондентка с пафосом проговорила:
– Сегодня в Вашингтоне предстоятель Украинской греко-католической церкви лично освятил место, на котором будет сооружен памятник жертвам Голодомора. На церемонии присутствовали многочисленные члены украинской диаспоры, а также представитель Госдепа и члены Сената. После церемонии предстоятель отправится в пасторскую поездку по США и Канаде…
На столе зажужжал селектор. Отключив с пульта звук телевизора, протосинкел нажал кнопку:
– Да!
– Панотче, к вам отец Василь, – проговорила Ганна.
– Проси!
В последнее время предстоятель УГКЦ практически не вылезал из-за океана. В связи с этим в Канаде для архиепископа даже было начато строительство резиденции. Как следствие, всеми текущими делами УГКЦ уже давно руководил протосинкел Роман Кубийович. А дела УГКЦ были, мягко говоря, неважными…
После поражения на выборах Ющенко церковь лишилась неприкрытой протекции государственных органов. В результате насильственно загнанные при помощи админресурса в УГКЦ священники вместе со своей паствой целыми приходами начали массово возвращаться в лоно Православной церкви. Причем эти приходы располагались в индустриально развитых и, как следствие, богатых регионах. Ввиду этого УГКЦ за последний год потеряла более половины своих финансовых поступлений. Ситуация была близка к катастрофической и при сохранении существующих тенденций грозила полным банкротством униатской церкви. Это, естественно, требовало принятия самых энергичных и экстренных мер, о чем отец Роман неустанно и неоднократно докладывал предстоятелю.
Но эти доклады оставались гласом вопиющего в пустыне. Заокеанская диаспора УГКЦ была не только весьма многочисленной, но и, в сравнении с украинской, весьма состоятельной. И жертвовала она не в катастрофически обесценивающейся украинской гривне, а в канадских и американских долларах. Так что лично предстоятель в своем заокеанском житье-бытье никаких финансовых затруднений не испытывал. И у отца Романа в последнее время даже закралось подозрение, что после окончания строительства в Канаде архиепископ вообще перенесет свою резиденцию за океан – на постоянной основе…
– Разрешите, панотче? – проговорил, появившись в двери кабинета, отец Василь.
– Да, заходи! – кивнул протосинкел.
Отец Василь возглавлял комиссию УГКЦ по делам молодежи. Направившись к столу, он увидел на экране дающего блиц-интервью «Голосу Америки» предстоятеля и сказал:
– Панотца опять показывают по «Голосу Америки»…
– Да. Уже третий раз за сегодня… – кивнул протосинкел и выключил телевизор. – Садись. Что у нас…
В этот момент селектор на столе зажужжал снова.
– Панотче, на проводе апокризиарий из Рима.
– Соедини, – кивнул Кубийович, беря трубку.
Апокризиарий Стефан Хома был постоянным представителем УГКЦ при Ватикане. Поздоровавшись, он сказал:
– Панотче, у меня находится эконом посольства. У нас за два месяца до сих пор не оплачены счета телефонной и электрической компаний. Нас могут отключить…
– Я дал указание экономии перечислить вам деньги в первую очередь, так что ждите.
– Но…
– Ждите! Я больше ничего не могу сказать. Все, отец Стефан, у меня важные дела.
Опустив трубку на аппарат, протосинкел вздохнул и посмотрел на отца Василя:
– Так что у нас с организацией молодежного апостолята?
Молодежным апостолятом именовалось движение, главной задачей которого было насаждение униатской веры в среде молодежи.
– Боюсь, мне особо нечем порадовать панотца, – опустил глаза отец Василь. – Наладить функционирование осэрэдков апостолята удалось только на Львовщине и Тернопольщине. За пределами западных областей сделать это пока не удается. Мало того, у меня есть еще одна кепская новость для панотца. На москальский молодежный слет от Львовской области собирается поехать аж десять делегатов. Причем восемь из них – это студенты вузов. Так что москальская зараза докатилась уже и до нас. И как с ней бороться, панотче, я, честно говоря, уже и ума не приложу…
– Разрешите, товарищ генерал? – просунулся в дверь Логинов.
Замдиректора ФСБ сидел в своем кресле в очках и читал какой-то документ. Слева по другую сторону генеральского стола с папкой стояла чудная девушка в новенькой лейтенантской форме и кокетливо пришпиленной к волосам новенькой пилотке. Это была одна из новоиспеченных выпускниц Академии ФСБ, которыми пару недель назад несколько разбавили аппарат канцелярии.
Прикрыв за собой дверь, Логинов сделал пару шагов и вытянулся:
– Товарищ генерал, полковник Логинов по вашему приказанию прибыл!