— Не могу понять, тебе какой с этого толк?
— При церемонии будет находиться ангел. Я хочу его украшения. Ох, у них такие очаровательные украшения! Они так блестят, так блестят! — демон вновь начал пританцовывать, выводя па в воздухе.
— Но если я откажусь…
— Завтра будешь повешен!
Бенджамин задумался, взвесил все за и против. Играть в игры демона, ему хотелось меньше всего; сейчас же в его мыслях появился Иосиф, чья судьба была тесно переплетена с жителем Нижнего мира. Тот кажется тоже заключал контракт с лукавым, но очевидно, на невыгодным для себя условиях. Выходец из дюн колебался, осматривая двигающееся в лунном свете тело; нож окроплённый кровью, предательски маячил перед глазами. И тогда он сказал:
— Какие гарантии, что отдай я тебе украшения, эта история забудется раз и навсегда?
— Гарантии? Моя честь, вот тебе гарантия! Какая мне выгода обманывать тебя? Это нанесёт удар по моей репутации, и тогда никто не захочет смотреть мои спектакли и заключать со мной контракты.
Бенджи не мог выдавить из себя согласия, но в конце концов, спустя несколько минут, осознал: его ответ лишь вопрос времени, и уйти отсюда он сможет лишь согласившись. В ином же случае, мечта стать авантюристом, пойдёт под откос и тогда его ожидает лишь виселица, без разбирательств. Озвучив свой ответ, выходец из дюн получил копию контракта — приятной на ощупь бумаги, на которой чернилами были составлены подробности сделки. Всё, как и говорил демон, желание — за услугу. Рядом с местом для подписей была графа с именами, одно из них вмещало имя лукавого: Чипилио; во второй же, отныне числилось: Бенджамин.
— Теперь напитаем бумагу кровью. — демон надрезал большой палец, оставив на контракте кровавый узор; то же повторил выходец из дюн. Отныне их уговор ступил в силу. — Удачи тебе Бенджамин из оазиса! Мы скоро встретимся!
И будто бы в завершения этой ужасной сценки, из чащи выбежала тройка лошадей, раскатисто заржав. Лукавый пропал, скрывшись в неизвестном направлении. А звёзды всё так же перемещались на небе; и конечно же ни одна из них не знает, что происходит на грешной земле; какие коварства творятся там под покровом ночи. Бенджамин был подавлен, его сердце разрывалось от горечи. Он ощущал себя игрушкой, в руках злого кукловода, который играючи ломает руки и ноги; издевается строя козни и делает это с улыбкой. Назад герой возвращался опустошённым, не удостоив Шаи последнего взгляда и уж тем более, не решаясь брать родной кинжал.
Сердце щемило; видимо некая кровавая магия отныне связывала его слова на бумаге, с внутренними органами. Всё внутри было таким противным и мрачным, будто бы это не его тело, не его путь. Никогда до сей секунды герой не верил в существования коварных демонов. Он знал, что они существуют, знал, что любят заключать контракты и питаться за счёт душ живущих в Среднем мире; был проинформирован об иерархии демонов, где количество одежды является богатством. Но никогда выходец из дюн не желал заключать контракт с одним из них. Маленькая искорка надежды, теплилась в его сердце; ветер бьющий в лицо, когда Бенджи велел лошади переходить на галоп, был успокаивающим и приободряющим. Не прошло и часа, юноша зашёл в дом где остановился родный отряд авантюристов.
Иосиф, мутным от хмеля взором, встретился глазами с Бенджи. Видимо взгляд выдал его, и любитель выпивки разразился смехом, в пьяном угаре раскидывая бутылки. Его вывели "освежится", и только теперь герой понял, отчего лицо homo редко знавало улыбку. Он ощущал сдавливающие внутри кандалы обязанностей, они будто бы становились гирями, что с каждым днём, с каждой прожитой секундой, становится лишь тяжелее, утягивая тебя на дно. Этой ночью, Бенджи не смог уснуть…
***
— Теперь мы будем играть на равных. И искусство станет править бал!
Они стояли на балконе замка Волунруд, взглядом проходясь по широким, голым, адовым землям, где нет ничего кроме завывающих ветров и вечно скитающихся усопших. Кериф держал в руке бокал с вином, оценивающе смакуя напиток на кончике языка; Чипилио был рад своей проказе, и теперь как бы вознамерился получить похвалу от брата демона.
— М-да, презабавненько выходит. А ведь и правда, сюжет достойный драматической пьесы.
— И я о том же!
— Если Иосиф и, как быть его, Бенджамин, объединиться, то мы оба получим желаемое. Но если они не договорятся…
— О, дуэль!
— Верно Чипилио, дуэль.
— Но кто же победит? О, надеюсь это будет мой протеже!
— Поживём, увидим… Ну, за подписанный тобою контракт. — Кериф поднял бокал — Ты и правда здорово придумал, а информацией, которой я поделился, ты воспользовался очень славно.
— За новые души!
— За новые души!
Бокалы встретились, за масками губы демонов расплылись в улыбках. Они ликовали, спутывая нити жизней существ, в большой клубок; знали — грядёт презабавнейшее представление, зрителями которого, они будут являться. Внизу закричали мученики — олицетворяя отчаяния Бенджамина и смирения Иосифа.
