В молчание Марии вампирша не верила. При определенных условиях разговорится кто угодно. Глав-ное правильно спросить. Зато она верила в таланты Мечислава. Сам он пыток не любит, но палачи у него найдутся. В большом количестве.
С другой стороны... она всегда может заявить, что это - оговор... ага, в некоторых случаях - не заявишь. Не получится.
Тогда что можно предпринять?
Елизавета заметалась по комнате. Мысли, как назло не шли в голову. Зато на глаза попались два обо-ротня, с которыми она хотела развлечься сегодня. И вампирша улыбнулась. Хищно и мерзко.
- идите-ка сюда, мальчики...
Когда через четыре часа из ее комнаты вынесли два трупа оборотней, Елизавета была спокойна и до-вольна. И примерно знала, как поступить.
У нее были еще кое-какие контакты. А ведь нет человека - нет проблемы, не так ли?
И есть вампир, который скрывает кое-какие грешки. Надо просто набрать номер...
***
Владимир неслышно приоткрыл дверь квартиры. Минута - и он уже внутри.
Квартира Константина Леоеверенского. Сейчас здесь живут его родственники. Вот с одной из них и надо поработать. А лучше с обеими женщинами.
Мечислав поступил мудро. Что бы не сказали Тамаре и ее доченьке - все равно толку не будет. Слишком уж они глупы и самовлюбленны.
Значит - не нужно говорить им, как себя вести. Надо просто внушить. И даже не поведение. Всего лишь набор фраз. Который и активизируется завтра, на похоронах...
Если все получится - ИПФ начнет охотиться и за этими женщинами.
И получится классически. Волк дерет барана, а охотник сидит в засаде.
В засаде будут сидеть оборотни.
Мечислав не собирается никому спускать похищение Юли. Но как добраться до ИПФовцев?
Ворваться в их штаб и поливая все свинцом из пулемета... ага, очень смешно!
Нет, пусть враг охотится на тебя, а ты будешь ловить его. Так будет быстрее.
Все уже спали. Три часа ночи, час быка, час перед рассветом, самый глухой и самый темный...
Владимир скользнул в комнату Тамары. Женщина чуть похрапывала, лежа на спине. Рот был приот-крыт, толстая светлая коса растрепалась по подушке...
Вампир осторожно коснулся ее висков - и тихо зашептал. Лучше бы без физического контакта, но так у него может не получиться...
Через десять минут лицо его стало еще бледнее, чем обычно. Он отшатнулся от кровати Тамары и выскользнул в коридор. Постоял там несколько секунд, отдышался - и скользнул в комнату к Лёле.
Некогда лениться. Надо закончить все как можно скорее - и обратно, в подвалы. В таком состоянии он не вынесет восхода солнца...
Расслабиться вампир позволил себе только за рулем, летя на скорости в двести километров по ноч-ному городу.
Завтра будет видно, как сработает ловушка. Завтра.
Все будет завтра...
Во имя отца, и сына, и святого духа... абзац!
- Когда начнем?
- предлагаю сразу же после пробуждения.
- а не рано?
- Зато она пока будет более податлива. Потом соберется и начнет сопротивляться. А вот если застиг-нуть ее врасплох...
- Что ж. Пусть будет так, как ты решил.
- Я думаю, что прав. Посмотрим.
- Посмотрим.
***
Утро опять началось несахарно. Во сне я как-то умудрилась подвернуть прикованную руку. И отлежа-ла ее до состояния полной нечувствительности. Кроме того ночью природа потребовала свое. И при-шлось воспользоваться горшком.
Воняло в комнате после этого омерзительно.
Я уж молчу про запах пота от меня любимой. Если муха подлетит, так точно упадет!
Покормили бы, что ли?
Ага, не успела я помечтать о горячей яичнице-глазунье и шипящих сардельках, как скрипнула дверь.
Мечты материализовались?
Закатай губки, девочка.
В дверь вошла ОНА.
Оно.
Они.
То есть первой в дверь вошла тетка средних (50-60) лет, средних размеров, даже лицо у нее было среднее. По такому мазнешь в толпе взглядом - и не зацепишься. А за ней следовал мужчина.
Но если тетка не вызвала у меня никаких эмоций то мужчина...
Как бы это сказать повежливее.
Склизни с ним и рядом не ползали. А если бы проползли - их бы стошнило. От отвращения.
Он был весь, как плесень. Серая, нечистая кожа с мириадами прыщей. Часть из них явно была ста-рой, а часть - новой и гноящейся. Серенькие, редкие волосенки. Полубесцветные глаза. Кажется, ос-новной цвет там был мутно-голубой, но я не уверена. Смотреть в них было так же приятно, как в гряз-ную лужу на асфальте. Ростом он женщине приходился примерно до плеча. Про среднее телосложение я молчу. Но почему-то казалось, что под одеждой этот человек слеплен из студня. Мерзкого и серого.
И меня просто мутило от одного взгляда на него.
Но...
Держись, Юлька! Держись!
Очень хотелось поскандалить. Выругаться. Потребовать объяснений. Но вместо этого я молчала и пристально разглядывала пришедших. Раскрыть сейчас рот, значило потерять преимущество. Пусть чисто психологическое. Но - мое!
И я молчала.
Наконец им это надоело. И соизволила заговорить женщина.
- Что ж, Юлия Евгеньевна, вот мы и встретились.
