Участие католических миссионеров в конкисте, обращение индейцев в христианство, интриги иезуитского ордена, преступления инквизиции, финансовое могущество духовенства, отношение церкви к рабству, папство и королевский патронат — таковы разделы монографии. Автор, известный советский специалист по истории Латинской Америки, опирается на многочисленные свидетельства участников конкисты, хроники и документы колониального периода, полемизирует с церковными апологетами и буржуазными историками, идеализирующими реакционную деятельность церкви в колониальный период. (Публикуемые в данной работе рисунки перуанца Фелипе Гуаман Пома де Айяла (1533?—1615?) взяты из книги: Felipe Guaman Poma de Ayala. Nueva Coronica у Виеп Gobierno (Codes Peruvian illustre). «El Primer Nueva Coronlca i Buen Gobierno Compuesto por don Felipe Guaman Poma de Aiala». Paris, 1936 (более подробно о нем см.: Кузьмищев В. А. Фелипе Гуаман Пома де Айяла и его «Хроника» в кн.: «Культура Перу» М., 1975). Подписи под рисунками наши.)
Католическая церковь появилась в Америке вместе с конкистадорами в конце XV в. С тех пор она является важным идеологическим и политическим фактором в этой части света. В одной из ранее вышедших наших работ (См.: Григулевич И. Р. «Мятежная» церковь в Латинской Америке. М., 1972) рассматривалась деятельность католической церкви в Латинской Америке в новейшее время. В данной монографии мы познакомим читателя с истоками этой деятельности, с ролью и местом католической церкви в колониальной Америке, в основном испанской и, где этого требует изложение материала, — португальской.
Изучение деятельности церкви в колониальный период важно не только для понимания социально-политических процессов того времени, но и для последующей истории Латинской Америки. Оно позволяет понять затяжной характер борьбы за отделение церкви от государства, раздиравшей латиноамериканские страны на протяжении XIX и начала XX в., а также современную роль церкви в этих странах.
Автор ставил перед собой задачу не столько осветить все стороны деятельности церкви в колониальный период (это невозможно сделать с достаточной полнотой в данной монографии), сколько раскрыть ее связи с колониальной системой, с гражданскими институтами, особенно выделяя те моменты, вокруг оценки которых ведутся на протяжении столетий ожесточенные споры и высказываются диаметрально противоположные мнения. Речь идет о таких вопросах, как отношение церкви к конкисте, закабалению индейцев и рабству негров, характер и значение королевского патроната, оценка деятельности инквизиции и иезуитского ордена, размеры экономического потенциала церкви в колониях.
Американский историк Чарлз Гибсон отмечает, что церковная история — один из тех разделов колониальной истории Испанской Америки, которому особенно трудно дать правильную оценку (Gibson Ch. Spain in America. New York, 1966, p. 89). Гибсон объясняет эти трудности противоречивыми взглядами авторов на роль религии в обществе, недостаточной изученностью отдельных этапов церковной истории, различием в подходе к оценке значения богатств церкви. Все это, бесспорно, играет свою роль. Но главная причина разногласий и споров вокруг тех или иных действий церкви проистекает, на наш взгляд, из различной трактовки самой конкисты и колониального режима. Сторонники испанской колониальной системы уверяют, что сотрудничество церкви с ней было благодеянием для индейских народов, как и сама система, которая якобы вовсе не являлась колониальной. Аргентинский историк Рикардо Левене после второй мировой войны усиленно пропагандировал этот тезис (Levene R. Las Indias no eran colonies. Buenos Aires, 1951). Он и его сторонники даже потребовали, чтобы к истории Америки 1492-1810 гг. не применялись термины «колониальный» или «колониальная эпоха» (См.: Марков В., Коссок М. О попытках реакционной историографии реабилитировать испанский колониализм в Америке. — «Новая и новейшая история», 1960, № 4, с. 130-141). Испания являлась для своих заморских владений не злой мачехой, а любящей «матерью-родиной», заверял Левене. В его представлении это был «период испанского господства и цивилизации», которые осуществлялись в интересах местного населения. Ссылаясь на королевскую инструкцию 1573 г., запрещавшую дальнейшее проведение конкисты и провозглашавшую курс на «мирное» завоевание (пацификацию) индейских территорий и их заселение (колонизацию) выходцами из Испании, Левене утверждал, что конкисты якобы вообще не существовало, что она — клеветническая выдумка авторов «черной легенды», созданной врагами Испании.
Такие взгляды на колониальный период встречаются и в исторической литературе США. Так, Ральф Л. Билс утверждает, что в Мексике имело место не завоевание ацтеков испанцами, а восстание порабощенных ацтеками племен, которому испанцы всего лишь дали «толчок» и обеспечили руководство (Lipschutz A. El problema racial en la conquista de America у el mestizaje. Santiago de Chile, 1967, p. 207).
Американский иезуит Ричард Пэтти в свою очередь пишет, что испанцы никогда не относились к своим владениям, как к объекту, который следовало эксплуатировать в исключительных интересах «матери-родины», а считали их «продолжением метрополии» (Pattee R. Introduction a la Civilization Hispano-Americana. Boston, 1945 p. 81).
Пэтти считает владычество колонизаторов в Америке сплошной идиллией. Как будто не было ни конкистадоров, огнем и мечом завоевавших колонии, ни бесчисленных восстаний индейцев и негров-рабов. Ничто не угрожало стабильности испанской власти в Америке, заявляет он вопреки общеизвестным фактам.