Полночь город в люльке хранит,Словно вольную воду гранит,На набережную тишинаНакатывается, как волна.Звёзды в небе, и звёзды в реке,И твоя рука у меня в руке.Опьяняет нас белый май,Проплывает речной трамвай,Рассекая ночной небосклон,Это всё так похоже на сон.Мы сегодня хватили за край,Размыкаем объятья – прощай!Меж созвездий разводят мосты,Я уйду, но останешься ты.Звёзды в небе, и звёзды в реке,И твоя рука у меня в руке.<p>«Вернуться в август, выйти за порог…»</p>Вернуться в август, выйти за порогПустынных, суетливых дней, когдаГлаза слезятся, светится песокИ белая, как солнце, борода.И вновь бродить в саду цветущих звёзд,Когда пьянят надежды и мечты,Пусть их крушенье вызывало злость,Всё отболело, помыслы чисты.Всё ясно, но цепляется за ложьВ своих воспоминаньях персонаж,Задуешь вздохом звёзды и поймёшь,Что сад – пустыня, молодость – мираж.<p>«Домой не возвращаются, только что выйдя…»</p>Домой не возвращаются, только что выйдя, — плохая примета.Остался включённым свет, открыт кран с водой —Лучше не возвращаться. Можно заплатить за электроэнергию,А соседи снизу являются потомками Ноя – выживут.Лучше не возвращаться. Даже не являясь Цветаевой,Марией Стюарт или тенью отца Гамлета —Лучше не возвращаться. Можно послать другого —Белобородого аса, можно выучить чужой язык,Купить новый дом, рисовать таитянокИли читать лекции в американских колледжах —Но лучше не возвращаться. Никогда.<p>«При смерти Ромео громко кричал…»</p>При смерти Ромео громко кричал,Его голос разносился по лабиринту дома,Натыкаясь на тупики и запертые двери.Служанка, катаясь в гондоле,Бурно выясняла отношения с любовником,А семейный врач тратил время,Мучительно выбирая костюм для маскарада.Перед глазами Ромео медленно проходилаВся его длинная жизнь:От старости до младенчества.Одни эпизоды в калейдоскопе сменялись другими,И, просмотрев их,Любой благородный венецианец мог бы сказать:Это была моя жизнь.<p>«Муж и жена сидели в сельском магазине…»</p>Муж и жена сидели в сельском магазинеИ подбивали итоги дня. А дверьБыла полуоткрыта, и к крыльцуС мяуканьем отчаянным подошла кошка.Вблизи порога она легла,Но, продолжая взывать к богам,Прервать старалась их деловой расчёт.Тут стать бы кошке атеисткой, ноЖелудок – есть желудок, и онаВошла в обитель богов,На своём языке их призывая.Мужчина встал – «чёрт бы побрал» – иНогой легонько вытолкал рыжуюС белыми полосками кошку, котораяПочти не сопротивлялась; закрыл дверь,Продолжил разговор, не обращая внимания на вопли.Порой боги поступают не по-людски.На то они и боги.<p>Сердце из камня</p>
