Тут она сообразила, что уже по крайней мере час назад племянники должны проснуться. Лига пулей вылетела из кухни и вбежала в детскую. Комната была пуста! Несколько минут они с Андрисом метались по квартире, заглядывая во все углы. Мальчишек нигде не было. Наконец, окончательно обезумев, они собрались позвонить в полицейский участок и сообщить о похищении детей, как вдруг откуда-то послышался утробный рев. Вайс с Лигой замерли. Звук доносился из комнаты Инты. Не помня себя от страха, они рванули на этот страдальческий вопль, вбежали в комнату и кинулись к столу. Звук несся откуда-то снизу. Андрис сдвинул стол и обнаружил под ним дверцу погреба. Откинув ее, он нагнулся и по очереди выудил оттуда мальчишек. Дикий рев издавал младший. Он сразу кинулся к тетке и прижался к ее коленям. Лига обняла худенькое тельце.
– Он сказал, – заикаясь и размазывая по щекам слезы, заговорил Паулс, – что надо сидеть, пока все не испугаются.
– Ничего я так не говорил! Я говорил, пока не станут искать!
Витас сердито надулся.
– Ты говорил, если хочешь писать, то дуй в штаны! А я не хотел в штаны! Ой, я сейчас описаюсь!
Андрис подхватил страдальца и потащил в туалет.
– Да что за наказание такое! – в сердцах сказала Лига, понимая всю бесполезность любых наказаний и воспитательных мер.
– Мы в погребе замерзли, вот он и захотел в туалет. Дурак! Не мог потерпеть! Я же терпел! А я еще и пить хотел!
– Вы нас ужасно напугали! Ты хоть понимаешь, что мы собирались в полицию звонить?
– Зачем? Мы ничего не сделали. Просто решили спрятаться. Это игра такая. Прятки, не знаешь?
– Я от ваших пряток чуть с ума не сошла. Придется рассказать все маме.
– Она ругаться не будет.
– Еще как будет! Вот увидишь.
– Что увижу?
– Увидишь, что такое красная попа!
– Моя? – уточнил разбойник с невинным видом.
– Конечно, твоя! Ты же все придумал!
– А как я свою попу увижу? Меня к зеркалу, что ли, поднесут?
Лига закатила глаза. Боже, дай мне терпения, иначе сейчас я сама ему всыплю!
– Мама приехала! – раздался в коридоре радостный вопль Паулса.
Витас сорвался с места и ускакал.
– Ну что, все в порядке?
Андрис заглянул в комнату. Его глаза смеялись.
– Наверное, я не смогу с тобой поехать. Эти паршивцы все соки из меня выпили.
Из коридора доносились возмущенные крики. Наверняка Паулс сдавал старшего брата с потрохами. Вайс оглянулся, зашел в комнату и закрыл дверь. Лига шагнула ему навстречу. Они обнялись.
– Прости меня, что заставил пережить… неприятные минуты. Клянусь, что больше никогда не дам повода для ревности.
– Значит, твоя Сандра уехала и больше не вернется?
– Она не моя. Поэтому пусть приезжает, когда захочет. Тебя это волновать не должно, и все. Поняла?
– Значит, она еще в Межотне?
– Да что ты к ней прицепилась? Да, она здесь. Завтра их тусовка проводит на нашей базе какой-то семинар. Забыл, на какую тему. Не бери в голову.
– Хорошо, не буду, – тоном примерной девочки пообещала Лига.
Она решила проводить Андриса и прихватила куртку. Проходя по коридору, она услышала, как мальчишки, поглощая привезенные матерью сладости, рассказывают ей последние новости.
– Мы кино про кита смотрели.
– Я не смотрел. Я уснул.
– Мам, а почему океан назвали Северным Ядовитым? Как киты ядовитую воду пьют?
Ну и как можно сердиться на этих разбойников? Няшность и мимимишность просто зашкаливают! Интересно, что они учудят завтра?
У машины они с Андрисом еще долго целовались. Потом он ловко вскочил в свой слонообразный джип и быстро уехал. Лига уже открыла дверь, чтобы войти, и тут увидела, что из соседней квартиры выходит человек. За кустами мелькнула сутулая старческая спина. Дядя Петерис. На работу отправился?
Старик вышел за калитку и повернул совсем в другую сторону. Куда это он пошел?
Лига постояла немного, понимая, что лучше всего сейчас вернуться домой, а потом вышла на дорогу и на почтительном расстоянии двинулась следом. На улице еще достаточно светло, поэтому устраивать слежку было верхом идиотизма. Но все же сумерки, размывая очертания, позволяли идти незамеченной, если прижиматься к кустам, растущим вдоль дороги. Несколько раз Петерис оглянулся, но Лига успела вжаться в заросли. Один раз она чуть не завалилась в чей-то палисадник, но успела ухватиться за забор и чудом удержалась. Старик все шел куда-то и регулярно оглядывался. Значит, боится. Чего? Слежки, конечно.
Через некоторое время стало ясно, что Петерис двигается к реке. Чего он там забыл?
