— Но уже на Плеханова убитого Маслова видели в компании совсем другого человека. Моложе Маслова, выше среднего роста, крепкий, в плаще и шляпе. Этот факт подтверждают шестеро свидетелей.
— Сколько? — недоверчиво уточнил майор.
— Шестеро. Вот фамилии, имена, адреса, показания. Но никто из них не видел лица молодого. И вообще, о том, что он моложе Маслова, свидетели судят по второстепенным признакам. Как то: осанка, энергичный шаг, общее впечатление. Все они видели эту парочку до тридцать пятого дома. И один Валентин Полозков видел молодого человека выходящим из арки.
— Как вам удалось найти такое количество свидетелей, Беспалов?
— Ну проявил настойчивость и вдумчивый подход, — уклончиво ответил Борис, не спеша делиться своим секретом.
— Вот. Учитесь, — откидываясь на спинку стула, с едва сдерживаемой яростью проговорил майор. — Без году неделя в уголовке, всем носы утер! Не стыдно? Свиридов?
Виктор, который прежде утешался тем фактом, что если ему от майора и досталось, то Беспалову перепадет вдвое больше, сидел теперь красный, злой и разочарованный. На майора не смотрел, чтобы не сорваться. Ругаться с начальством — дело безнадежное и вредное для карьеры и здоровья. К тому же совершенно бессмысленное.
— Ну что сидите, языки проглотили? Стыдно? Комсомольцы, коммунисты!
— Николай Владимирович, у меня тут еще свидетель имеется, — робко встрял в майорские вопли Борис, решивший прийти на выручку товарищам.
— Какой еще свидетель? — быстро обернулся к нему Николай Владимирович.
— Продавщица из пивной вспомнила, что Маслов с приятелем в разговоре упоминали одну фамилию. И даже вспомнила какую — Капустин.
— Ну?
— Я нашел этого Капустина, — простодушно улыбнувшись, сообщил Борис, окончательно добив этим майора.
— Как? — спросил тот внезапно охрипшим голосом. Беспалов показался ему сказочным волшебником.
— А у меня сосед по дому Капустин. Сергей Андреевич. Ну я и зашел к нему вчера. Так, на всякий случай, и представляете? Он, оказывается, знал покойного Маслова. Точнее, не его, а его родного брата. Ну то есть не совсем точно, но с вероятностью в девяносто процентов. В общем, я его с собой привел, он в коридоре ждет.
— Ну Беспалов… Ну Борис… Учитесь, олухи! Давай своего Капустина.
— Здравствуйте, товарищи, — входя в кабинет, солидно поздоровался седовласый генерал с военной выправкой и грудью, увешанной орденами.
— Здравия желаю, — поднялся ему навстречу майор, а молодые сотрудники повскакивали с мест, вытягиваясь в струнку.
— Садитесь, — улыбнулся им генерал и протянул майору руку. — Капустин, Сергей Андреевич. Вы уж простите, что я к вам при таком параде, да вот жена с сыном пристали, скоро Девятое мая, в такие дни положено в форме ходить, — смущенно пояснил он.
— Молодцы, что уговорили, — отодвигая Сергею Андреевичу стул, одобрил решение тети Зои Борис.
— Итак, товарищи, — устроившись на стуле, спросил по-хозяйски генерал, — рассказывайте, что у вас тут произошло. Борис в двух словах обрисовал ситуацию, но без подробностей.
— У нас, товарищ генерал, имеется труп приезжего гражданина. Маслова Петра Федоровича тысяча восемьсот девяносто первого года рождения, место рождения и постоянного проживания — город Алапаевск.
— Вот как, значит, — коротко вздохнув, поджал губы Сергей Андреевич. — Действительно, знавал я одного Маслова. Только не Петра Федоровича, а брата его Ивана. В Екатеринбурге познакомились в девятнадцатом году.
— Во время революции? Когда Колчак наступал? — подпрыгнул на своем стуле Толик Лодейников.
— Вот именно, — одобрительно кивнул Сергей Андреевич. — Историей увлекаетесь, молодой человек?
— Да. Мечтал на истфак пойти, да вот не вышло, надо семье помогать, — опуская глаза, пояснил Толик.
