Мы познакомились еще до его стремительного "взлета" по карьерной лестнице. Начали встречаться, когда он заканчивал магистратуру, а я училась на втором курсе. Тогда он только перешел в финансовый отдел в строительной компании. Жил в общежитии, потом снимал обычную комнату, как пишут в объявлениях "бабушкин вариант", и копил на свою первую машину.
А потом… А потом Лёша "неожиданно" стал успешным и весьма состоятельным мужчиной.
Быстро. Феерично быстро.
Но с момента нашей последней встречи Лёша сильно изменился. Лоск топ-менеджера из строительной компании, сменился на потертые джинсы и кожаную куртку. А вокруг глаз и на лбу появились глубокие морщины, прибавляющие к тридцати трем годам еще парочку. Руки странно подрагивали, а свет магазинной вывески из-за спины делал его вид несколько пугающим.
– Это у тебя украли сумку? – изумился он, рассматривая меня во все глаза.
Помня, как мы расстались, я невольно выхватила сумку у него из рук.
– Моя… Спасибо, – пробормотала я, на автомате проверяя содержимое.
Разбитый телефон и паспорта. Да, уж… Без денег и телефона будет непросто.
– Все на месте? – вдруг обеспокоенно спросил он. – Я просто услышал женский крик и на меня вдруг налетел парень с сумкой. Ну, и… В общем я решил вернуть сумку хозяйке.
– Молодец, – стараясь не выдавать нервное напряжение, произнесла я. – Это благородный поступок.
Несколько секунд помолчав, он рассматривал меня и не удержался от вопроса:
– Слушай, а ты почему в Батуми посреди ночи? Ты же еще вчера была с богатым ухажером в Париже…
Чувствуя скрытое злорадство, я поспешила распрощаться.
– Спасибо, что вернул сумку, но это тебя не касается.
Серые глаза смотрели с искренним беспокойством и невольно я отвернулась. После того, что случилось 2 года назад, видеть это невыносимо. Сколько раз я видела этот самый взгляд? А после долго слушала его наставления о том, как мне нужно жить, какой быть и, как все влюбленные бабы, пыталась подстроиться под него?
К черту и его, и всех ему подобных. Я отлично знаю, что ничего хорошего за этой "заботой" на самом деле нет. Человек просто использует тебя и пытается сделать максимально "удобной".
– Вик, ты выглядишь неважно… У тебя точно все нормально? – с искренним беспокойством спросил он. – Есть деньги? Где переночевать?
– Спасибо, у меня все хорошо, – уверенно кивнула я.
Поспешно встав с лавочки, я собиралась идти куда глаза глядят. Кто знает, что от него ждать спустя два года… Как вдруг почувствовала знакомую хватку за локоть.
Цепкую и холодную, будто руки мертвеца.
– Эй, я же по-хорошему спросил… Что у тебя случилось?
– Все нормально, – мягко произнесла я. – Просто тебя моя жизнь не касается, и я хочу побыть одна.
За спиной скрипнул замок магазина и, разочарованно покачав головой, Леша указал на мини-маркет.
– Ты в курсе, что у тебя рана на шее? Пойду, спрошу есть ли пластырь, а потом я уйду и делай, что хочешь.
Только когда он вошел в магазин я почувствовала, как же саднит шею и затылок.
– Блин… – закусила я губу, видя разорванный рукав и пятно крови на воротнике.
Не прошло и пары минут, как Леша вернулся и протянул мне упаковку пластырей и бутылку воды.
– Ну, ладно… Раз как мои дела ты все равно спрашивать не собираешься, я сразу пойду, – раздраженно поджал он губы. – Пока.
– Пока…
На нервной почве в горле так пересохло, что едва он скрылся за углом, как я на автомате выпила почти полбутылки за раз, а после начала пытаться заклеить ссадину.
Однако от холода руки так тряслись, что я с трудом наклеила пластырь на шею. Перед глазами все поплыло и замерцало странными бликами, а на душе внезапно стало так легко, что хотелось смеяться. Особенно при виде рваного платья и пластырей в моих руках.
В глазах расцветали фейерверки, а в каждом отражении проезжающей машины показывался романтичный фильм о мафии в Америке. Будто я переместилась в тридцатые годы в Нью-Йорк на Таймс-сквер.
– Вот я роковая героиня из кино… – усмехнулась я сама себе. – Сексуальная, офигенная… Всех бывших за раз построила… Пусть знают, что Виктория Лукрезе никому не сдается и не спускает ничего с рук…
Зачем я расстраивалась из-за того, что влюбилась в Сандро? Такая чудесная ночь… Надо ехать и все с ним уладить.
Ко мне кто-то подошел, но в голове играла такая яркая светомузыка, что я никак не могла разобрать кто именно и что мне говорит. Кажется это мужчина. Кажется и его лицо мне знакомо. Только оно то расплывается перед глазами, то становится слишком четким, а серые глаза меняют цвет.
– Тебе плохо или хорошо? – искаженно узнала я голос Лёши. – Вика, что с тобой…?
– Все-е-е… хо-о… ро-шо-о-о…
Инстинктивно я посмотрела на бутылку на краю лавочки, которая поднималась над деревяшкой и словно ракета собиралась отправиться в космос, но я не понимала почему мне это кажется самым правильным фактом на свете.
– Больницу… Играешь… – отдаленно донеслись до меня слова Леши.