Клеменца разбирался с Поли Гатто. Тессио получил задание выяснить, где находится Люка Брази. Люка как ушел из дому с вечера накануне покушения, так с тех пор больше там не появлялся ― скверный признак. И все же Санни не верилось, чтобы Брази мог предать или быть захвачен врасплох.
Мама Корлеоне осталась ночевать в городе у друзей, поближе к больнице. Карло Рицци, зять, набивался с услугами, но получил указание заниматься собственными делами, иначе говоря ― нелегальным тотализатором в итальянском районе Манхаттана, отведенном ему для прокорма доном Корлеоне. Конни тоже была у знакомых и вместе с матерью навещала отца.
Фредди, накачанный успокоительными снадобьями, все еще отлеживался в стенах родительского дома. Санни и Майкл заходили его проведать и поразились, увидев, как он бледен, как сразу сдал.
― Черт знает что, ― обронил Санни, когда они с Майклом вышли из комнаты брата, ― такой вид, будто ему самому втрое досталось против отца.
Майкл пожал плечами. В похожем состоянии ему случалось наблюдать солдат на поле боя. Но чтобы такое постигло Фредди? На его памяти средний брат был с малых лет физически самым крепким из всех детей. Правда, и самым послушным отцовской воле. А между тем, как все знали, дон Корлеоне давно оставил мысль, что его средний сын сможет занять когда-нибудь ведущее место в организации. Фредди был тугодум, к тому же ему недоставало жесткости, напора. Он чересчур привык тушеваться, не ощущая в себе уверенности, внутренней силы.
Ближе к вечеру из Голливуда позвонил Джонни Фонтейн. Санни взял у Майкла трубку.
― Нет, Джонни, приезжать повидаться с отцом нет смысла. Во-первых, он еще слишком плох, к нему нельзя, во-вторых, не миновать огласки, а это тебе сильно повредит ― дон был бы определенно против, я знаю. Подожди, станет лучше, заберем его домой, тогда и навестишь. Передам, передам, спасибо. ― Санни повесил трубку и оглянулся на Майкла. ― Вот обрадуется старик ― как же, Джонни собрался прилететь к нему из самой Калифорнии.
Позже кто-то из людей Клеменцы позвал Майкла к телефону на кухне ― этот номер значился в телефонной книжке. Звонила Кей.
― Как твой отец? ― спросила она. Голос был чуточку напряженный, чуть натянутый. Не может до конца поверить, подумал Майкл. Что все обстоит именно так, что его отец на самом деле гангстер, выражаясь газетным языком.
― Ничего, ― сказал Майкл, ― поправится.
― А можно я с тобой, когда ты поедешь к нему в больницу?
Майкл рассмеялся. Выходит, запомнила его слова о том, как важно вести себя определенным образом, если надеешься установить хорошие отношения с итальянцами старых правил.
― Здесь случай особый, ― сказал он. ― Если ребята из прессы пронюхают, кто ты и откуда, не миновать тебе угодить на третью страницу «Дейли ньюс». Девушка из старинной новоанглийской семьи знается с сыном одного из крупнейших главарей нью-йоркской мафии. Придется это по вкусу твоим родителям?
Кей сухо отозвалась:
― Мои родители не читают «Дейли ньюс». ― Наступила опять неловкая заминка, потом она спросила: ― Ты-то сам как, Майк, для тебя в этом нет опасности?
Майкл снова рассмеялся.
― Я, как известно, ― неженка, белая ворона в семейном гнезде. Какая от меня угроза? Соответственно ― кому я нужен? Нет, Кей, все позади, все беды на этом кончатся. Да и вообще это скорее так, случайность. Я тебе объясню, когда увидимся.
― Это когда же? ― спросила она.
Майкл задумался.
― Ну давай сегодня вечером, попоздней. Выпьем, поужинаем у тебя в гостинице, а после я загляну к отцу в больницу. Мне уж и то осточертело сидеть тут у телефона, отвечать на звонки. Идет? Ты только никому не говори. Набегут фоторепортеры, начнут снимать нас вдвоем ― это лишнее. Я не шучу, Кей, возникнут лишние осложнения, в особенности для твоих родителей.
― Идет, ― сказала Кей. ― Значит, я тебя жду. Могу сходить за тебя купить часть подарков к Рождеству, не надо? Или еще что-нибудь?
― Да нет, ― сказал Майкл. ― Просто будь готова.
У нее вырвался возбужденный смешок.
― Это я буду. Я всегда готова, скажешь, нет?
― Всегда. За что и отмечена мною среди прочих.
― Я тебя люблю, ― сказала она. ― Ты можешь произнести вслух то же самое?
Майкл покосился на четверку громил, сидящих на кухне.
― Не могу, ― сказал он. ― Так до вечера, ладно?
― Ладно.
Майкл повесил трубку.
Наконец вернулся с задания Клеменца и теперь орудовал на кухне, творя в огромной кастрюле томатную подливку. Майкл кивнул ему и пошел в угловой кабинет, где его уже заждались Хейген и Санни.
― Это Клеменца там шурует? ― спросил Санни.
Майкл фыркнул:
― Спагетти готовит на все войско, поневоле вспомнишь армию.
Санни сказал нетерпеливо:
― Зови его, пускай кончает с этой мурой. Есть дела поважнее. И Тессио тоже давай сюда.
Через несколько минут все они собрались в кабинете. Санни коротко спросил Клеменцу:
― Ну как, управился?
Клеменца кивнул:
― Больше с ним не увидитесь.
Майкла током пронзила догадка, что они говорят о Поли Гатто ― что маленький Поли убит, и убил его этот самый Клеменца, который так весело отплясывал недавно на свадьбе...
Санни спросил Хейгена:
― С Солоццо получается что-нибудь?
