Не дожидаясь ответа, девушка убежала, и Лешка хорошо видел, с каким довольным видом смотрел ей вслед напарник. Вот, дурень-то! Сплюнув, Алексей живо переместился ближе к устью оврага, так чтоб было видно бегущую девушку. Ох, тот еще вид! Сидевший у тропы парень прямо обалдел, увидев перед собой полуголую красотку, а, уж когда та скинула кожух, так и вообще пошел красными пятнами, наверняка, забыв и про вывих. Лешка не слышал, что там пошла за беседа — вероятно, сообщники все же перекинулись парой слов, после чего Фекла, набросив на плечи парнишкину овчинку, побежала к оврагу… Парень же, пристально посмотрев ей вслед, проворно прощупал овчинку и сунул ее в заплечный мешок.
Лешка усмехнулся — ну, ну…
— Ой! Ой! — подбежав к Аргипу, Фекла принялась причитать. — Там, там, на тропе — мальчик! Местный, крестьянин… Шел, говорит, за хворостом, да попал в лисью яму и сильно вывихнул ногу, или, даже, сломал — сидит, теперь, бедняга, мучается!
— Мальчик?
— Ну да, крестьянин… Не сиди, одевайся! Пойдем побыстрее к тракту, остановим какую-нибудь телегу, жалко ведь парня!
Ух, как искренне говорила сейчас Фекла! Как пылали глаза! Актриса… недюжинной силы актриса… Ну, вот, однако и рассеялись все сомнения. Кожушок! Единственный, непроверенный тайник… Что ж — пусть проверяют.
Алексей даже не сдержал улыбку, представив себе разочарование неведомых сообщников Феклы. Понять их можно — старались, старались — а результат? А результат, между прочим, радует — теперь и выходит, что Алексей с напарником — честнейшие и свободные от всячески подозрений люди. Обычные торговцы.
Вечером Лешка, улучив момент, вышел к повозке, рассказав обо всем Аргипу. Тот долго не мог поверить и все удивлялся — как же так? Ведь кожушок-то — вот он! Не Лешкин, конечно, но, совсем, как тот… Тот, да не тот, однако!
— Так что, подменила девка наш кожух, — ухмыльнулся Лешка. — Подменила.
— Ну… — Аргип шмыгнул носом. — И как нам теперь себя дальше с нею вести?
— Так же, как и всегда, — жестко приказал Алексей. — Она не должна ни о чем догадаться, понимаешь? Тем более, нам совсем немного осталось — как только мы узнаем, кто победит. А битва может произойти уже завтра… да что там завтра — сейчас! И тогда мы уйдем. Уйдем сразу, независимо от результатов сражения. Если войско короля Владислава победит — мы выйдем к нему навстречу, если нет — нагоним. Пойми, Аргип, если крестоносцы решат вторгнуться в Болгарию, без наших сведений им придется туго. Это хорошо понимают и турки — сам видел, сколько конных разъездов в предгорьях. Поэтому в эти — думаю, что все-таки последние — дни нужно вести себя очень осторожно. И тени подозрения не должно возникнуть! Понимаешь — и тени!
Напарник вздохнул:
— В голове не укладывается… Фекла… Такая красивая, такая простая девушка — и на тебе! Она что же — турчанка?
— А черт ее знает, может быть — и турчанка. Нам-то какая разница? Главное, мы теперь знаем…
— Слушай, Алексей… А ты ничего не перепутал?
Вот, дурак!
Лешка выразился бы и резче, но на крыльце как раз появилась Фекла:
— Что там шепчетесь? Ужинать будете?
— Конечно.
— Ну, так идите, накрыто уже.
За столом Лешка был оживлен и весел. Хвастал удачной торговлей, смеялся, шутил… А вот Аргип, наоборот, сидел, словно бы набрав воды в рот.
— Ты чего такой грустный? — тут же подсела к нему Фекла. — Часом, не заболел ли?
— Да нет, — юноша скривился. — Не заболел, просто устал чего-то.
— Ты знаешь, я тоже устала, — расхохоталась шпионка.
Шпионка! Да-да, именно так ее теперь и следовало называть. Но — как? Почему? Почему она заподозрила Лешку? И — когда? В плену у разбойников все вроде бы было гладко… да, гладко… потом — побег, болото, река… Разговоры… Что ж такого неправильного совершил Лешка? Чем привлек внимание?
