Тепло простившись со Здравко и пожелав ему скорейшего выздоровления, парни вскочили на лошадей и понеслись обратно в Златицу. Золотое, прорвавшееся сквозь пелену облаков, солнце, клонилось к закату. Пожаров видно не было, видать, жители все потушили, но явственно пахло гарью.
— Кто такие?!
Ага! У ворот уже выставили часовых!
— Люди воеводы Бранковича! Где нам отыскать воеводу?
— Ищите на главной площади.
Парни хлестнули коней.
— Эй-эй, — спохватились стражники. — А тайное слово?
Хм, слово… Лешка уже завернул за угол — теперь догоняйте. Раззявы — сразу нужно было пароль спрашивать.
На рыночной площади были разбиты шатры, воины поили лошадей из фонтана.
— Где воевода?
— Во-он тот красивый дом, видишь?
— Еще бы…
Стоявшие у крыльца часовые в сверкающих латах пропускать незнакомых людей отказались. Более того, пригрозили вообще бросить их в узилище.
— Во-он, видите башню? Там уже сидит одна ведьма.
— Ведьма? И что с нею сделают?
Стражник усмехнулся в усы:
— Уже вкопали кол!
Кол…
— А не боятся, что убежит? Они ведь, ведьмы, могут… Кто хоть охраняет-то?
— Кто и поймал — Кончевич. Его сотня.
— А, Генчо… Знаю.
— Что здесь за шум? — вышел на крыльцо сам воевода. Дородный, бородатый, в богатом алом плаще, щедро расшитом золотом.
— Белград — город мирный! — быстро напомнил Лешка.
— А, это ты… — Бранкович улыбнулся. — Заходи… Твои слуги пусть подождут здесь.
— Они мне не слуги, господин…
Вслед за воеводой Алексей поднялся на второй этаж и прошел анфиладою комнат, в каждой из которых находились вооруженные мечами и короткими копьями воины. Под высоким сводчатым потолком гулко отдавались шаги. В стенных нишах жарко горели свечи.
— Грамоту? — воевода уселся за стол. — Ты не собираешься идти с нами дальше?
Лешка улыбнулся:
— Хотелось бы вернуться домой, ведь свою миссию я исполнил.
— Да уж, да уж, — довольно кивнул Бранкович. — Когда ты думаешь отправляться?
— Как можно быстрее! Дома так много дел, знаете ли. Я ведь скоро женюсь!
— Мои поздравления! Что, не останешься даже посмотреть на казнь?
— Вряд ли… И как вам только удалось схватить ведьму?
— С Божьею помощью, — воевода осклабился, и взгляд его глубоко запрятанных под бровями глаз вдруг стал злым, холодным, колючим. — Ничего, завтра мы посадим ее на кол!
— Уже завтра?
— Да, в полдень. Задержись — посмотришь.
— Вряд ли, вряд ли… Уже сегодня попытаюсь договориться с местными купцами. Может, кому по пути?
Бранкович неожиданно рассмеялся:
— Так ведь не сезон!
— А вдруг? Да… стражники спрашивали у меня какое-то тайное слово.
— А, — махнул рукой воевода. — Запоминай: сегодня до второй стражи — Никополь, вторая стража — Доростол, третья — Варна. Ну, а завтра с полудня тебя уже и не понадобиться.
Алексей поклонился и горячо поблагодарил воеводу.
— Заслужил, заслужил, — ухмыльнулся тот. — Мне говорили, ты храбро бился.
Лешка снова поклонился:
— Ну, так я пойду?
— Иди, скатертью дорога!
— Ой… — молодой человек обернулся на самом пороге. — А грамота?!
— Сейчас, кликнул секретаря, — расхохотался Бранкович.
На улицах Златицы плавился вечер. Из-за далеких гор еще виднелся сияющий кусочек солнца, и по всему городу протянулись длинные черные тени. Было неспокойно — еще бы! — повсюду слышались пьяные вопли, громкие раскаты хохота, песни.
На окраинной улице Алексей отыскал дом знакомого торговца. Беленый, двухэтажный, с красной черепичной крышей и наглухо закрытыми ставнями. Тихонько постучал:
— Бранко, открой.
Тишина. Даже собаки не лаяли.
— Открой, Бранко… Надо кое о чем предупредить.
Скрипнула дверь.
— Это ты, Алексей?
— Слава Богу, узнал! Как сам?
— Жив, как видишь… Православных не трогают — указ воеводы! Ну, что ты встал на пороге? Заходи! — торговец распахнул дверь.
— Я не один.
— Я заметил. Так заходите же!
Лешка и близнецы поднялись на второй этаж вслед за хозяином дома.
— Здесь мы сможем спокойно поговорить? — обернувшись, пояснил тот. — Вы ведь пришли по делу?
— Да…
— Сейчас спущусь, скажу жене, чтоб принесла что-нибудь перекусить.
— Мы не надолго…
В ожидании хозяина, гости уселись за стол на широкую лавку. Сквозь щели в ставнях в полутемную комнату проникал солнечный свет. Последний свет уходящего дня… Вот, погас… Скрипнула лестница, и дерганое пламя свечи осветило лица парней желтым мятущимся светом.
— Поешьте, — Бранко поставил на стол большую миску, кружки, кувшин. И как только он это все принес?
— Здесь вино, сыр, баница… Рад, очень рад видеть тебя в живых, Алексей!
— Да уж — в нынешние-то неспокойные времена — большое счастье! Спасибо за угощение, Бранко. Нам договориться насчет попутчиков в Константинополь.
— В Константинополь?! Ого! О том же просил и твой приказчик!
Алексей чуть не подавился баницей:
— Он был здесь?!
— С неделю назад. Я свел его кое с кем.
— И… он ничего не рассказывал?
— Сказал, что ты погиб. Знаешь, мне показалось, что он не особо о том сожалел.
— Черт с ним… Так как насчет моей просьбы?
— Обождите здесь… Я попробую поговорить.
Хозяин дома поднялся.
— Эй, эй, Бранко, — забеспокоился Лешка. — И долго нам здесь сидеть?
— Думаю, нет, — отозвался торговец уже снизу.
Хлопнула дверь.
